— Искусственный офсайд… — задумчиво произнес Воронин.
— Именно! — обрадовался я. — Это же дополнительное оружие в обороне. Мы не просто защищаемся, мы активно ловим соперников.
Стрельцов внимательно изучил мой рисунок:
— Но это требует идеальной синхронности. Если хотя бы один защитник опоздает или поспешит…
— Тогда нападающий останется один на один с вратарем, — кивнул я. — Да, это риск. Но посмотрите на сегодняшний матч — разве у нас сейчас меньше риска? Горлукович с Ковачем вообще не понимают друг друга.
— Слава прав, — неожиданно согласился Воронин. — Сегодня «Днепр» нас прошивал как захотел. А с офсайдной ловушкой у нас хотя бы появится план.
— Только представьте, — продолжил я, — Литовченко готовится к передаче на Протасова. А все наши защитники синхронно выдвигаются вперед. Олег в офсайде, атака сорвана.
Стрельцов постучал карандашом по столу:
— Интересная идея… Очень смелая. Но нужна будет железная дисциплина.
— А разве у нас ее нет? — спросил я. — Наши ребята дисциплинированные, они могут научиться действовать как один механизм.
— Вопрос в том, сколько времени понадобится на отработку, — заметил Воронин. — Офсайдная ловушка — это не просто тактический прием, это искусство.
— Валерий Иванович, но ведь мы же не собираемся внедрять это завтра в официальном матче, — возразил я. — Сначала тренировки, отработка, эксперименты.
Стрельцов кивнул:
— Слава, а что если защитники не успеют среагировать? Или кто-то из них ошибется?
— Тогда мы вернемся к старой системе, — пожал плечами я. — Но если получится… Эдуард Анатольевич, мы будем первыми в Союзе, кто освоит искусственный офсайд.
— Офсайдная ловушка плюс активный вратарь, — размышлял вслух Стрельцов. — Это может дать нам серьезное преимущество.
Воронин встал и подошел к окну:
— Эдик, если уж мы решили экспериментировать, то надо делать это по-настоящему. Отработать все до мелочей.
— Завтра на тренировке попробуем, — решил Стрельцов. — Дубль играет четверкой в линию с офсайдной ловушкой. Посмотрим, что получится.
Воронин явно не был в восторге:
— Если уж очень хочется поэкспериментировать… Но только на тренировке. И только один раз.
— Договорились, — кивнул Стрельцов. — Завтра устроим эксперимент. Дубль играет четверкой в линию, Сарычев — активный вратарь. Посмотрим, что из этого выйдет.
— А если ничего не выйдет? — спросил Воронин.
— Тогда забудем об этой идее, — улыбнулся Стрельцов. — Но если получится…
— Если получится, то мы будем первыми в Союзе, кто освоит новую тактику, — закончил я.
Само собой, что объяснение новой тактики заняло достаточно много времени. Практически все утро следующего дня Стрельцов провел в том, что доводил до игроков саму концепцию защиты в линию. Сначала это происходило в учебно-методическом кабинете, а потом и на поле. Вся утренняя тренировка «Торпедо» была в принципе и посвящена этому.