Но…
— Сэм, а кто соседи?
— С одной стороны — Уильям Кларк, владелец сети ресторанов. С другой — семья Голдвинов. Через два дома — Кларк Гейбл.
— Голдвины?
— Сэмюэл Гольдвин лично. Глава студии «MGM».
— Я его знаю
— Так это же хорошо!
Я и Полли переглянулись. Голдвин — это была серьёзная фигура. С одной стороны — хорошие соседи, с другой… проводить тут вечеринки?
И всё-таки.
— Сэм. Дом красивый. Но я хочу, чтобы у меня по периметру был высокий забор. Желательно увитый плющом. Колючим, сорт смилакс. А здесь у вас периметр — низкая кованая ограда, и сквозь неё видно всё насквозь.
— Можно достроить.
— Можно. Но потеряем полгода на согласования с Бел-Эйрской ассоциацией домовладельцев. Это, Сэм, не подходит.
— Жаль. Все остальные локации уже дальше, за городом, на побережье. А я так понял, что у вас строгое требование на голливудских холмах, на Беверли-Хиллз или где-то рядом…
— Да, я хочу жить среди творческой элиты, близко от офиса.
— Это понятно.
Риэлтор явно расстроился. Хотел побыстрее закрыть сделку, получить комиссионные. Вдруг на лице мелькнуло выражение как-будто он что-то вспомнил.
— Есть еще один особняк! Его выставили на продажу только вчера.
— Едем!
Холмби-Хиллз, Чаринг-Кросс-Роуд. И вот, как только мы свернули с Сансета на эту узкую тихую дорожку под старыми платанами, у меня уже было ощущение, что мы приехали.
Дом стоял в глубине участка, отступя метров шестьдесят от дороги. Подъезд — широкая дуга гравийной дорожки, обсаженная тиссами. Высокий каменный забор по всему периметру, метра два с половиной, сплошь увитый густым зеленым плющом, как стена средневекового замка где-нибудь в Корнуолле. Кованые ворота с гранитными столбами, на каждом столбе — маленькая бронзовая табличка: «ЧАСТНОЕ ВЛАДЕНИЕ. ВХОД ТОЛЬКО ПО ПРИГЛАШЕНИЮ.» Без номера дома. Без фамилии владельца. Сразу два предельно ясных сигнала миру.
Сэм нажал кнопку на коробочке у ворот, что-то сказал в крошечный микрофончик. Ворота автоматически открылись — что по нынешним временам было полной экзотикой, я даже не знал, что такие системы уже существуют. Мы въехали.
И дальше был полный экстаз.
Огромный, я бы даже сказал, немыслимо огромный для частного дома Тюдор-Ревайвал, построенный в двадцать седьмом году. Серый облицовочный камень, тяжёлая черепичная крыша, дюжина высоких узких окон со средниками. Два крыла, расходящиеся от центрального корпуса под прямым углом, мраморная лестница к главному входу. Слева — гостевое крыло с отдельным входом. Справа — служебное, с кухнями, кладовыми, прачечной. Главная часть — двухэтажная, с двумя башенками по углам и парадным холлом высотой в полтора этажа.