— Это обнадёживает, — осторожно сказал я. Нам принесли кофе, мы продолжили болтать.
— Мы хотим, чтобы вы рассказали про идею журнала. Про то, как вы до этого дошли. Может быть, пару забавных историй из жизни редакции. Мисс Монро, скорее всего, расскажет про саму съёмку — что ей запомнилось, какие были смешные моменты. Никакой политики, никакой морали.
— Договорились.
— И ещё. — Он поправил очки. — У нас в эфире идут телефонные звонки от зрителей. Живые. Минут десять где-то в середине программы. Зрители могут спросить что угодно — но обычно это всё довольно предсказуемо: где купить, когда следующий номер, как стать зайкой. Ха-ха-ха… Не волнуйтесь.
Вот тут я слегка напрягся.
Живые звонки — это всегда лотерея. В этой лотерее выигрывают редко, а проигрывают с грохотом. Любой фанатик из Алабамы, любой проповедник из Оклахомы, любой подставной звонок от Пенхаллоу — и вот ты уже оправдываешься на всю страну в прямом эфире. Но вслух я, конечно, ничего не сказал.
— Понял. Буду готов.
— Отлично! Тогда Луиза проводит вас в гримёрку. Эфир через сорок минут. Мисс Монро должна подъехать с минуты на минуту. Увидимся в студии!
Гримёрка оказалась маленькой, но уютной — большое зеркало с лампами вокруг, удобное кресло, столик с пудрами и кремами всех оттенков человеческой кожи. Внутри играло радои, легкий джаз. Гримёрша — пожилая дама с копной седых волос и руками как у хирурга — усадила меня перед зеркалом и принялась колдовать над моим лицом.
— У вас хорошая кожа, молодой человек, — сообщила она, разглядывая меня критическим взглядом. — Только слегка заматируем, а то софиты вас вспотеют. И под глазами пройдусь, у вас там тень.
— Плохо сплю, — признался я.
— Больше пейте воды.
— Не в этом дело.
— Женщины?
— В том числе.
Гримёрша хмыкнула со знанием дела и принялась за работу. Гвидо остался за дверью, Полли сидела на кушетке у стены, перелистывая сегодняшний «Лос-Анджелес Таймс» с таким видом, будто ничего интереснее в жизни не читала.
— Полли, — сказал я, когда гримёрша вышла. — Я не понимаю. Ди Маджо — это фигура. Он бы не стал сам устраивать засаду, даже если бы у него были причины.
— Он же ее озвучил, — тихо проговорила Адлер.
Полли подняла на меня глаза поверх газеты.
— Его нынешняя невеста, Кит, — мисс Мэрилин Монро.
Я обалдел.
— Ты шутишь.
— Я не шучу такими вещами. Об этом писали в колонке Луэллы Парсонс две недели назад. Они помолвлены. Вот-вот объявят дату свадьбы.
Вот оно что. Вот откуда этот «опозорил мою невесту». Бейсболист увидел в журнале свою невесту — голую, раскидистую, на обложке и на развороте — и у него съехала крыша. Что, в общем, по-мужски понятно.