- И чтоб духу твоего в гостиной дольше двух минут не было, поняла меня?! - шипела на кухне Эльвира безмолвной Овечкиной. - Поставишь поднос с чаем, нарезку лимонную подашь и сразу вон! И рот свой на замок закрой! Если опять начнешь хамить Вольдемару Савичу, я тебя без выходного пособия по миру пущу и такую характеристику в агентство накапаю, что тебя даже вокзальные сортиры мыть не возьмут!
- Поняла я, Эльвира Сергеевна, - отозвалась Овечкина, аккуратно укладывая тонкие кружочки лимона на фарфоровое блюдце. - Буду молчать как рыба об лед.
- То-то же! Неси давай, они уже в гостиной сели!
Галина Денисовна поправила поверх темного платья нелепый кружевной фартучек, который хозяйка заставляла надевать для статуса во время приема гостей, и понесла тяжелый металлический поднос с чайным сервизом в гостиную.
Раскатистый наглый баритон ударил по ушам еще с порога:
- ...Ты мне, Вадик, сказки венского леса не рассказывай! Знаю я ваши адвокатские конторы - два стола, три стула в аренде да секретарша на полставки. А гонора как у верховного суда!
Вольдемар Савич Козлищев по-хозяйски развалился в глубоком кожаном кресле, раздвинув длинные ноги. Как обычно, даже в свои пятьдесят с небольшим этот тип выглядел до неприличия холеным и породистым, неизъяснимо раздражая Овечкину одним своим существованием.
Она понадеялась, что он не обратит на нее внимания, но куда там. Стоило переступить порог с подносом, как Козлищев тут же оборвал Оглымова на полуслове и с ухмылкой повернул голову к ней.
- Опаньки, какие люди! - пророкотал он. - Вадик, а я уж грешным делом думал, твоя благоверная сдулась и выгнала единственного приличного человека из этого дома! Здорово, Денисовна. Гляжу, жива еще, старушка? Даже сервиз по дороге не расколотила...
Овечкина мысленно сосчитала до пяти, напоминая себе про коллекторов и просроченный платеж по кредиту.
- Добрый вечер, Вольдемар Савич, - поздоровалась она ледяным тоном.
- Ты посмотри на нее, а! Вся в кружевах, прямо фрекен Бок на минималках! - хохотнул Козлищев, явно получая какое-то извращенное удовольствие от попыток вывести ее из себя. - Слушай, Эльвира, ты где такой раритетный фартук отрыла? Из бабушкиного сундука достала? По-моему, заставлять пенсионерку в таком почтенном возрасте балансировать с тремя чашками кипятка чревато ожогами и битым стеклом.
Сидевшая на краешке дивана Эльвира натянуто захихикала, одновременно делая Овечкиной страшные глаза, чтобы та молчала.
- Вольдемар Савич, вы как всегда неподражаемы! Галина Денисовна у нас женщина крепкая, старой закалки...