В тот день, когда Жириновский позвал меня в новую Думу, я впервые понял, что такое быть в говне по уши. Ведь именно эта субстанция в товарных количествах плескалась в подвале бывшего здания Госплана, стоявшего на Охотном ряду. Мэр Москвы, который изрядно потел под кепкой от такого конфуза, лишь разводил руками.

— Ну а что я могу сделать? — протирал он платком сияющий череп. — Река Неглинная в трубах течет, а трубы гнилые. Им же в обед сто лет! Вот и прорвало! Затопило не только вас, кстати. Гостиницу «Москва» тоже!

— М-да… — Иван Рыбкин, которого пророчили в председатели нового парламента, морщил нос и вставлял умные замечания. Он, как профессор и завкафедрой какой-то там автоматизации, видимо, понимал, что надо сделать, и какие именно насосы смогут откачать разлившееся перед нашим взором море дерьма.

А вот я имел самый скверные предчувствия, ведь из всех присутствующих деньги в значимых объемах были только у меня. Мэр столицы лишь начинал свой трудовой путь, да и не для того он мэром становился, чтобы кровно попиленное тратить. У чиновников на таких должностях цели обычно были строго противоположные. У «рыбкиных» бабок точно не было. У него и костюмчик-то так себе, сотня бакинских, не дороже.

— Надо бы насосы купить, Сергей, — шепнул мне Жириновский едва слышно. Понятно, он хочет себе медаль заработать, а платить за нее должен, как обычно, Хлыстов. Так себе расклад, и я выдал:

— Я вроде избрался уже, Владимир Вольфович. Пора уже получать, а не вкладывать. Я столько потратил, что можно этот Госплан снести, и новый построить.

— Вот ты меркантильный какой, — расстроился Вольфович. — Нам Борис Николаевич из принципа ни копейки не даст. Как бы вообще электричество не отключил, как в Белом доме в сентябре.

Я поплевал через плечо, Жирик тоже.

— Ну, будь человеком! Бюджетный комитет получишь. Тебе же самому это нюхать.

— Ну раз бюджетный, то я согласен, — важно кивнул я, прикинув, что отбить на таком посту свои деньги смогу по-любому. — Купим мы вам насосы в качестве спонсорской помощи. Немецкие! Так и быть, поможем сироткам.

— Партия ЛДПР оплатит это мероприятие! — с важным видом выкрикнул Жирик, а я в очередной раз восхитился этим человеком. Заработал мигом очки у всех. Причем на пустом месте.

В общем, вот так я стал руководителем бюджетного комитета в парламенте, который не заседал пока ни одного дня. И все благодаря дерьму, которое разгребать мне. Точнее, немецким насосам, которые уже летели самолетом в Москву и завтра должны были приступить к своему нелегкому труду.

Закончив вспоминать всю историю «вступления в должность», я выключил телек, повернулся на другой бок и попытался заснуть, но не смог. И на это у меня имелась очень веская причина. Дело в том, что это в СССР пользовать девушек в гостинице можно было только до одиннадцати. А в свободной России, когда хочешь, тогда и пользуй. Демократия!