— Куда теперь? — Поинтересовался он.

— Туда. — Указал я на внутренний дворик небольшого дома с вензелями Алексеевых на воротах.

— А, на ариков пашешь? — Вновь улыбнулся он. — Ну ничего, тоже работа! Они, конечно, те еще снобы. Зато опыт какой. Тут не свихнешься, где угодно работать сможешь!

За разговором и к воротам подъехали. Сразу нам не открыли. Сквозь калитку вышел один из слуг и водошел к машине.

— Демид Николаевич! — Обрадовался он. — Не извольте беспокоиться, это мы вмиг.

Лешка. Здоровенный такой мужик. Мог бы устроиться в армию или еще куда. С руками бы оторвали. А все-таки нет, у отца служит. «Был я там, мне не понравилось!», — со своей вечной задорной улыбкой ответил он, беспечно махнув рукой в тот раз, когда мне все-таки удалось у него поинтересоваться. Позже Николай Васильевич намекнул, что повторять подобных попыток больше не стоит.

— Проезжайте. — Попросил я, едва слуга со своей задачей справился.

Водитель примолк. От былой разговорчивости не осталось и следа. Однако таки тронулся, проезжая во внутренний дворик. Дишь напоследок протянул:

— Ваше благородие, не надо в таксопарк сообщать. Совсэм нэ надо.

Последние слова ярко обнажили гортанный акцент.

«Заволновался мужичок. Хотя за такое и правда погнать взашей могут!», — оценил я. Но заставлять нервничать не стал.

— Не буду! — Лишь сообщил я, и вышел через предусмотрительно распахнутую Лешкой дверь.

Меня уже ждали.

— Явился. — Констатировал отец, едва я вошел в дом.

Однако ныне продолжения разговора не случилось. Он был занят. Его вниманием завладел телевизор. Вернее, диктор, зачитывающий сводку новостей. Я прислушался на миг. Очередные бандиты кого-то убили. Судя по хмурому взгляду Николая Васильевича, и крепко сжавшемуся кулаку единственной руки, ему сообщение сказало куда больше чем мне.

— Иди ешь.

Что ж, значит семья уже за столом. Сегодня ужин начинаем без главы. И, может быть, оно и к лучшему. А то у него слишком много вопросов ко мне может быть: например, почему я уже полтора года как не могу сдать на права. Простаивающий вид хищного «Мустанга» в гараже, подаренного на шестнадцатилетние, выводил его из себя.

— Я бы в твоем возрасте за такую тачку убил не задумываясь! — Ворчал он нередко. — А ты даже на «корочки» сдать не соизволил!

Да и без того претензий было немало. И это он пока не знает про военное училище… А ведь документы туда я так и не подал, воспротивившись отцовской воле. Не хочу я покидать столицу ради сомнительного счастья исполнять приказы какого-нибудь тупоголового сержанта и строем вышагивать до сортира и обратно! Да и вообще никуда не подал, если честно. Решил взять паузу, чтобы отдохнуть и определиться, чего именно хочу в жизни.