Ну и как тут не раздуться от гордости еще больше!

Зато какой спектр взглядом. От ненависти до презрения и… легкой зависти? А, это не в мой адрес. Ведь Алексеев-младший на местном уровне действительно считался очень даже жирной целью. Пусть даже наследник Николая Васильевича и был таким… малахольным.

— Я знаю, что ты не способен бросить девушку!.. — продолжила мне нашептывать красавица.

Приходилось прилагать усилия, чтобы не ответить ей самым честным комплиментом, какой только способен подарить девушке мужчина.

«Впрочем, может не стоит сдерживать себя?» — вдруг подумалось мне. В конце концов, «неспособность» сдержать психологические реакции явно будет работать на мою нынешнюю репутацию. А что там кто подумает на самом деле — мне все равно.

Бум!

Дверь резко распахнулась.

— Ай-яй-ай! — завопил я тонким фальцетом, стараясь отряхнуть с себя горячий напиток.

Было и впрямь больно, между нами. Не настолько, конечно, как я демонстрировал, но тонкая ткань рубашки и впрямь не способно была сдержать жара только что приготовленного кофе.

«Сделано с любовью, мля!» — оценил я, сосредоточившись на том, чтобы вид мой был максимально жалким в моменте.

— Сергеев! — возмущенно воскликнула девушка, одновременно пытаясь помочь мне.

— Больно! — прохныкал жалобно.

Кажется, на моих глазах выступили слезы. Это что. Если понадобится, я и описаться смогу дела ради… Наверное.

Проверять не приходилось пока.

— Сейчас подую, миленький! — Завопила Ирина. — Фуууу, фуууу, фуууух…

Каких мне усилий стоило, чтобы сдержаться и не заржать вместе с большей частью присутствующих, кто бы знал. Но ничего. Справился.

— Ну что вы смеетесь! — звонко воскликнула Веселкова. — Человеку больно же!

— Боооольно! — выдохнул я в подтверждение со слезами на глазах.

Правда, причина их все же была в попытке сдержать веселье. А еще… это были слезы радости! Я был искренне счастлив, что Ириночка не вылила мне кофе куда-нибудь в район паха. Сам жар я пережил бы. Тем более, штаны на мне куда плотнее чем рубаха. А вот усердие красотки, с каким она пыталась оттереть пятно на моей рубахе (по свежему-то ожогу!), скорее всего, нет. Оторвала бы все к черту. Ни один целитель бы потом не пришил бы на место.

— Стоп, балаган! — отрывисто скомандовал Владислав.

Веселкова удивленно застыла с рукой у меня на груди.

— Ирина Олеговна, прошу за мной! — официальным тоном выдал он.

Вид при этом парень имел тупоголового служаки. Мол, ничего лишнего, чисто работа.

— Как⁈ — аж присела красотка.

Парень не ответил. Лишь упрямо склонил голову. Возможно, в этот момент он окончательно прощался с возможностью завоевать таки сердце девушки. Однако ничего не попишешь — служба.