Никто не пошевелился. Я чувствовал, как по виску скатывается капля пота, щекоча кожу, но не отводил взгляда от светящихся оранжевых маркеров.
— Даю вам последний шанс, — произнес я предельно ровно, намертво зафиксировав ствол. — Разворачивайтесь и уходите отсюда. Если хоть у кого-то из вас осталась капля понимания того, что вы можете сдохнуть прямо здесь и прямо сейчас — уматывайте и никогда сюда не возвращайтесь. Ни по одному, ни стаей. Ни с новым вожаком, ни без него. Просто исчезните.
Слева от меня одна из гиен переступила когтистыми лапами по камням. Тварь задрала морду, приоткрывая пасть, намереваясь то ли зарычать, то ли высказать свои возражения.
Указательный палец плавно вдавил спусковой крючок.
Выстрел грохнул во второй раз, ударив по барабанным перепонкам.
Череп хищника разлетелся на куски с тошнотворным хрустом. Обезглавленная туша завалилась на бок, судорожно дергая задними лапами по гравию. Я повел стволом, возвращая прицел на центр притихшей стаи.
— Я не просил раскрывать пасть и давать мне комментарии, — отчеканил я, вдыхая новую порцию порохового дыма. — Торги закончились ровно в тот момент, когда ваш вожак собрался на меня напасть, значит теперь слушайте внимательно, — я набрал побольше воздуха в грудь, — я убил того, кто стоял над вами! По закону дикой природы и по закону сильного теперь Я ВАШ ВОЖАК. И я приказываю: развернулись, поджали хвосты, и чтобы духу вашего тут не было.
Оставшиеся гиено-шакалы попятились. Они смотрели на два дергающихся трупа, переводили взгляд на направленный в их сторону черный ствол и тихо поскуливали. Инстинкт самосохранения, не глядя на, казалось, беспросветную тупость гиен, наконец-то переборол все иные. Одна тварь развернулась и бросилась наутек вглубь каньона. За ней сорвалась вторая. Третья взвизгнула, подпрыгнула на месте и тоже пустилась наутек.
Через секунду вся лохматая свора ломанулась прочь, поднимая тучи пыли и спотыкаясь о валуны. Они убегали, поджав куцые хвосты, оглашая ущелье паническим визгом.
Я поднял дуло автомата в темнеющее небо и нажал на спуск дважды. Гильзы со звоном отлетели в сторону, ударившись о камни. Грохот заставил стаю ускориться до предела, и вскоре хищники окончательно растворились во мраке, оставив после себя лишь облако оседающей пыли.
Опустив оружие, я тяжело выдохнул, проведя ладонью по лбу, стирая пот, и посмотрел на мертвого реликта.
Возвращаться к султану с пустыми руками и на словах объяснять, что я прогнал стаю, будет откровенной глупостью. Правитель наверняка потребует доказательств. Визирь начнет вопить, что я лжец, или местная стража припишет заслугу себе, заявив, что они сами перебили гиен, а я просто пришел на готовенькое. Оставить меня с носом в чужом городе проще простого. Действовать придется последовательно.