И ведь, сучонок эдакий, даже в моменте, когда его выкидывали взашей из таверны, умудрился найти выгоду. Невероятная ловкость рук, однако.
Я резко развернулся, вглядываясь в колышущееся море тюрбанов и халатов. Беглеца и след простыл. Оставлять пропажу огнестрела в чужом мире я категорически не собирался, поскольку автомат являлся моим единственным весомым аргументом в любых переговорах с местной фауной и стражей, исключая системные навыки.
Опустившись на колено, я присел посреди улицы и принялся сканировать утоптанную землю глазами. Следов тут хватало с избытком. Сотни подошв, босых ног и звериных копыт перемешали верхний слой почвы в сплошное крошево.
Однако у меня было то, чего нет ни у единой ищейки — «зоркий глаз».
С момента столкновения я не сдвинулся ни с места, а, следовательно, следы того, кто налетел на меня, было выцепить проще простого. Вот они — маленькие стопы в мягких обмотках подсветились тусклым зеленоватым светом, отделяясь от общего фона. И тянулись следы от досок крыльца, петляли между отпечатками других прохожих и уходили в сторону узкого проулка.
Я поднялся на ноги и двинулся по следу.
Идти пришлось быстрым шагом, игнорируя недовольные окрики толкаемых мной горожан, ведь кто знает, куда решит податься воришка. Вдруг он вообще сейчас кинется стремглав к какому-нибудь скупщику и сдаст добро за три копейки, а с меня потом три шкуры сдерут? Не-не, нам такого расклада не надо.
Взгляд намертво прикипел к светящейся тропе. Воришка петлял профессионально. Он уходил все дальше от шумной площади, углубляясь в самые бедные кварталы. Глинобитные стены сменились покосившимися лачугами, слепленными из грязи и пальмовых веток. В нос шибал концентрированный запах помоев, скотины и гниющего мяса.
Парень явно предполагал возможность погони. Отпечатки сворачивали в темные подворотни, перепрыгивали через зловонные лужи, обходили кучи мусора. Он путал след, делая ложные петли. Что не говори, местность кардинально разная, а уловки были практически идентичными, только там снег, а здесь раскаленным песок.
Светящаяся цепочка вильнула налево, нырнула под низкую каменную арку и резко ушла вправо. Я прижался спиной к шершавой стене, переводя дыхание. Впереди, за очередным глухим поворотом, послышался странный звук.
Кто-то усердно пыхтел. Металл тихонько лязгал. Звук напоминал возню дилетанта со сложным механизмом.
Я медленно переставил ноги, стараясь не скрипеть песком, и осторожно заглянул за угол.
Беглец находился в тупике. Фигура куталась в глубокий пыльный капюшон и бесформенные тряпки, полностью скрывающие очертания тела. Определить пол или возраст по такому наряду не представлялось возможным. Вор держал в руках мой автомат. Он заглядывал в дуло, дергал за цевье, пытался ковырять пальцем ребристую поверхность магазина. Незнакомец настолько глубоко погрузился в изучение диковинной штуковины, что совершенно забыл о бдительности.