— И, конечно же, наши придворные дамы ожидают появления последних парижских журналов. Стоит одному из знаменитых модельеров представить новую отделку, новый силуэт или необычный цвет, и спустя какой-то месяц весь высший свет Российской империи старается одеваться именно так.
Гостьи из будущего с улыбкой переглянулись, а хозяйка кабинета добавила:
— А косметика? Она тоже вся французская! Духи, помады, ароматические масла, пудры… Парижские парфюмеры давно стали законодателями изысканного вкуса, а их красивые флаконы наши дамы покупают не только ради содержимого, но и просто как произведения искусства.
— Мы согласны с Вами, Ваше Императорское Величество! — за всех ответила Лариса. — Да, очень обидно, и с этим нужно что-то делать!
— Вы правы, графиня! Мне кажется несправедливым, что такая великая держава, как Россия, вынуждена постоянно оглядываться на столицу Франции! — продолжила государыня уже совсем другим тоном. — Санкт-Петербург и Москва ничуть не менее прекрасны. В России много талантливых ювелиров, здесь трудятся лучшие художники, великолепные ткачи, кружевницы, меховщики и многие другие мастера.
Мария Фёдоровна подошла к большому окну и с полминуты задумчиво смотрела сквозь тончайшую тюль на улицу, затем обернулась к своим необычным собеседницам и чуть ли не просительным тоном обратилась к ним:
— Вы пришли из далёкого будущего, поэтому вам известно, каким станет искусство, как будут работать лучшие модельеры, стилисты, парфюмеры, визажисты. Вы прекрасно знаете не только то, что красиво сегодня в моём мире, но то, что выдержит испытание временем, а это огромное преимущество перед теми, кто считается сейчас законодателем мод. Поэтому я хочу попросить вас не просто помочь создать в Санкт-Петербурге и в Москве собственный Дом высокой моды. Нет… Это было бы слишком скромной целью.
В глазах императрицы появился живой блеск, и она чуть ли не сложила ладони в молящем жесте:
— Прошу вас, дорогие мои, помогите создать в Российской империи нечто такое, чтобы через год, а может быть, и раньше уже Франция вместе со всей Европой внимательно следили за тем, что рождается в Санкт-Петербурге и в Москве. Чтобы лучшие европейские журналы перепечатывали русские коллекции. Чтобы их дамы с восторгом и придыханием говорили: «О да! Это русская мода!». Чтобы наши духи стали предметом восхищения во всём мире, а наши украшения — эталоном вкуса.
В комнате повисла тишина. Шесть женщин из будущего молча смотрели на государыню и уже знали, что обязательно выполнят просьбу императрицы. Дамы обменивались между собой мыслями и понимали, что перед ними открывалась возможность изменить историю целой отрасли, превратив два столичных града Российской империи в мировые столицы красоты и изящества.