А тут ещё в один не самый лучший для наступающей армии день начала портиться погода. Сначала пошёл мелкий дождь. Потом дождь усилился. Над дорогами повис туман, иногда он становился настолько густым, что уже невозможно было разглядетьвпереди идущее подразделение. Солдаты шли молча — промокшие, уставшие, голодные и злые. У их командиров тоже не было повода для веселья, к тому же они недоумевали, почему русские не оказывают сопротивления…
* * *
Пока воины неприятеля плетутся по слякотному бездорожью Бессарабии, мы перенесёмся на Чёрное море и посмотрим, как там развиваются события.
Военно-морская доктрина тех лет прямо говорила, что при большом числе кораблей общий флот целесообразно разделять на отдельные эскадры, которые смогут маневрировать самостоятельно, имея при этом одну общую задачу.
Следуя этим канонам, а также учитывая важность Крымского направления, именно сюда была направлена главная и самая мощная группировка объединённого флота, в которую входили турецкие, британские и французские корабли.
Её целями были: разгром русских береговых укреплений Крыма, высадка крупного десанта, взятие Севастополя. Именно на этом направлении супостат ожидал встретить главные силы русского флота.
Остальные корабли объединённого военно-морского флота в виде отдельных эскадр более-менее равномерно рассредоточилисьпо Чёрному морю на довольно широком фронте — от Новороссийска до Поти. Их общей задачей была угроза Северному Кавказу, береговым укреплениямрусских и высадка десанта.
Имелась и резервная эскадра— около двух десятков кораблей. Её планировали держать на некотором удалении от главных сил, чтобы в зависимости от ситуации усилить то или иное направление. И кто бы сомневался в том, что резервной морской группировкой руководил британский адмирал? Ну да, англичане всегда были непревзойдёнными мастерами наблюдать со стороны и указывать другим, как тем храбро погибать во благо британской короны.
Общий замысел противника был таков: русский берег должен быть атакован одновременно на нескольких направлениях. При этом каждая группировка должна действовать самостоятельно.
Следует сказать, что в 1894 году на крупном боевом корабле имелась командная башня, то есть защищённое место, откуда капитан мог управлять кораблём в бою. При этом существовал итак называемый капитанский мостик — более открытая площадка, откуда было гораздо лучше видно окружающую обстановку.
Если адмирал находился на флагманском корабле, то это не означало, что он сидел где-то в отдельной «адмиральской рубке». Он обитал на том же корабле, что и его капитан, но у него был свой штаб: флаг-офицеры, адъютанты, сигнальщики и другие офицеры.