Да, я прекрасно помню, когда первый раз увидел перед собой эту гигантскую фигуру лесовика Прохора…
…Тогда мне впервые приснился очень реалистичный сон. Сначала я пообщался со своим тюремным кормильцем Дмитрием, а потом оказался в том мире, куда попадают все, кто закончил свой жизненный путь на нашей грешной земле, и который люди называют по-разному — и Раем, и Эдемом, и джаной, и парадизом. Там я встретился с чернявым африканским пареньком по имени Делмар. Мы с ним даже обнялись при встрече, как старые приятели, хотя несколькими месяцами ранее я не стал тратить на этого юного пирата пулю, справедливо полагая, что большая акула, нарезающая круги вокруг него, прекрасно сможет привести в исполнение вынесенный приговор несостоявшемуся пирату. И это он, Делмар, наслал на меня проклятие, в результате которого я и превратился вот в такого монстра по имени и по сути своей, то есть в Лешего.
В тот раз мы с ним по-приятельски пообщались, а потом Делмар с улыбкой поведал, что меня ожидает приятный сюрприз. На поляне, где мы с ним разговаривали, неожиданно появились мои отец и мать. Причём оба были не старенькими, то есть не такими, какими я запомнил обоих незадолго до их смерти, а здоровыми, красивыми и вполне себе молодыми, а на вид каждому можно было дать не более 35 лет. Во время этой встречи родители немножко рассказали мне об их загадочном мире, а в завершении нашей встречи мама грустно произнесла, обнимая меня:
— Серёжа, совсем скоро тебя позовут в твой мир неотложные дела, но ты не волнуйся, теперь мы будем регулярно здесь встречаться.
И в этот момент я услышал звуки автоматных очередей, крики раненых, короткие военные команды, причём, как на русском, так и на каком-то иностранном языке. Я мгновенно проснулся, подскочил с кровати и осмотрелся по сторонам. Всё тихо и спокойно! Вокруг безмятежный полумрак спальни, но мои русалки тоже проснулись и теперь вопросительно смотрели на меня. В следующее мгновение я отдёрнул шторы и открыл окно, сразу же услышал пение птиц, увидел солнце в зените и зелёную поляну, усыпанную полевыми цветами. Но главное, в нашем иллюзорном мире не было никакой войны!
Переключил восприятие органов чувств на реальный мир. Тут же исчез наш дом вместе со спальней, огромной кроватью и моим гаремом, теперь вокруг меня была серая пожухлая трава, чуть дальше виднелись тёмные деревья, давно сбросившие листву. Да, осенний пейзаж резко контрастировал с летом! Вместо голубого неба, ставшего для меня уже привычным, я увидел серые тучи, но более важным было осознание того, что, ни моему гарему, ни мне лично никто и ничто не угрожает — здесь тоже не велись боевые действия. А в следующую секунду я понял, что каким-то образом воспринял отчаянный призыв о помощи своего бывшего командира.