Богиня дёрнула пару раз ладонью, отгоняя мужичка:

— Пшёл вон! И принеси мне, наконец, пива!

Морена с силой запустила бокалом с остатком жидкости в макушку мужичка. Бокал разлетелся на мелкие осколки, располосовав макушку мужичку и окатив его пивом.

Бог под именем Радегаст хохотнул:

— Морена, я понимаю, что ты богиня зимы и ночи, а сейчас — Солнце и лето, тебе, наверное, некомфортно, но держи себя в руках.

Богиня возмутилась:

— При чём, тут, это⁉ Просто там была какая-то гадость, а не пиво!

Радегаст приподнял в ладони бокал с тёмно-коричневой жидкостью:

— Пей как я — коньяк. — И тут же снова хохотнул. — Хотя в коньяке для тебя, наверное, будет запах клопов и ты всё равно выплюнешь?

Мы подошли вплотную, и Симаргл, выйдя вперёд перед шезлонгами, поздоровался с отдыхающими:

— Здрави будьте! — А затем, указал на меня. — Я привёл гостя, предлагаю переместиться в трапезную, поснедать, а затем, и побеседовать с ним поздорову. Зовут гостя. — Он глянул на воздух над моей головой на мгновение, явно прочитав по-быстрому моё имя, и произнёс по слогам. — Гид-ран-ги-рун. Бог из другого мира.

Я про себя усмехнулся. Ну, он хотя бы старался.

Все боги выглядели по-пляжному — одетые в купальники, плавки и в солнцезащитных очках.

Радегаст, который советовал Морене коньяк, был крупного телосложения — с чёрной бородой и волосами.

На его лице промелькнуло удивление. Он перевёл взгляд на меня, а затем, обратно на моего сопровождающего:

— Симаргл, ты ли это? Ты же чужаков сначала убиваешь, а уже потом с ними разговариваешь. А если даже не убил, а заговорил, ты же на устаревшем постоянно болтаешь, тебя никто кроме нас и не понимает.

Затем, встал, отложил бокал с коньяком на небольшой столик рядом со своим шезлонгом и протянул мне руку:

— Радегаст. — Когда я её пожал он кивнул на шезлонги. — Это Морена и Карна, а там — Стрибог и Лед.

Стрибог, что тоже был одет по-пляжному, был поджарым, мускулистым мужичком — с длинными седыми волосами и седой бородой. Он поднял бокал с вином, приветствуя меня.

Лед же был с золотыми волосами и с огромным рисунком на груди, посмотрел на меня с нескрываемой ненавистью.

Богини отреагировали тоже по-разному.

Карна — с молодым лицом и серебряными волосами женщина, даже в мою сторону не посмотрела. Морена же была достаточно крупная дама — с бледной кожей, алыми губами и длинной, золотой косой. Она, лёжа на своём шезлонге, протянула ладонь для поцелуя…

Я сделал вид, что её не заметил. Делать мне нечего — ладонь ей лобызать! Мне для этого на колени, что ли, бухнуться, или пополам сложиться, чтобы достать?