Пока я думал, бог прекратил меня жечь огнём и задумчиво так спросил:

— Да что с тобой не так, охальник?

Ну вот, процесс вроде пошёл — какое-то осмысленное выражение в глазах Симаргла уже появилось. А то до этого там только ярость плескалась.

Я покачал головой со скепсисом во взгляде, но уточнил:

— Ну что, понял, наконец, что бесполезно?

Симаргл же нахмурился:

— Да уж не королобый, понял, что ты не баламошка. Любого другого бы уже прожарило, а тебе — хоть бы хны! Да и мне в ответ своей косой в рожу не тыкал, значит, всё же не ерохвост. Ты кто и откель будешь?

Про ерохвоста я так и не понял, но представился:

— Гидраргирум. Я…

Симаргл приподнял одну бровь и перебил меня:

— Гидра что? Гидрагром? Ты похабничаешь зачем? Я по-бусурмански не понимаю.

Мне кажется у меня начинает дёргаться глаз…

Я вздохнул про себя и продолжил:

— Зовут меня так. — И произнёс по слогам. — Гид-рар-ги-рум.

— А-а! — Бог покачал головой. — Дали же предки имя. За что они тебя так невзлюбили-то? Скапыжный, что ль?

Не, так дело не пойдёт! Я того пацана, что мне на новопид… на молодёжном сленге что-то рассказывал в Тулле — и то больше понимал, чем этого Симаргла.

Я выдохнул скорбно, размышляя как всё-таки контакт налаживать:

— Пу-пу-пу… Житие мое…

Симаргл вскинулся:

— Какое житие твое, пёс смердящий? Ты посмотри на себя. Житие… — Он пробуравил меня взглядом, и спросил строго. — Так кто ты будешь и откель тут появился? Имя своё бусурманское можешь не повторять, не запомню. Гидрогромом буду тебя кликать!

Да чего ж этот Симаргл такой наглый-то? Я его телекинезом держу так, что ему не вздохнуть ни пё… В общем крепко держу. Магия его мне — что слону дробина. В общем, супротив меня он полная баламошка. Но нет- ведёт себя так, будто это он, а не я хозяин положения!

Может, это оттого, что я ему косой в рожу не тыкнул? Ну, так это можно исправить! Причём, в любой момент.

Блин… житие мое, супротив… Неужто, этот старорусский заразен? Не, точно надо косой в морду тыкнуть!

Видимо, что-то такое отразилось на моём лице, так как, Симаргл тут же пошёл на попятную и будто, мысли мои прочитал:

— Да пойми ты, странник, работа у меня такая — зело опасливая, оттого и не ласковый я с незнакомцами. Поведай — кто таков, откуда, вот, уже и познакомились, считай…

— Звать меня Гидраргирум. — Я сверкнул глазами из-под бровей. — Запомнишь, никаких Гидрогромов. Я — бог кузнечного дела из другого мира. Ваш мир — мне до лампочки, я тут, считай, проездом. «„Руссо-туристо, облико морале“», в общем. А к вашему Кощею никакого отношения не имею.

Бог, будто хотел в меня пальцем тыкнуть, обличающее: