Четвёртое — когда Лабиринт закрыт, он для тебя навсегда пуст, иди в следующий.

Пятое — у нас нет желания погубить тебя здесь, но ты можешь сделать это сам.

И шестое — все монстры в лабиринте тебе по силам, будь ловок, храбр и умел, и Лабиринт тебе покорится!

Удачи, Странник!

— Надо же! — шепчу я. — Вот ведь! Но… ладно, принимается.

Делаю шаг в тоннель и горящие на стене буквы — гаснут и меня опять окружает сумрак. Как там говорил прелат: «Пусть глаза и уши в Лабиринте, проводниками твоими будут!». Вот и воспользуемся советом. Сапоги у меня с мягкой подошвой и шаг почти неслышим. Так что смотрим под ноги и вокруг, стараясь не шуметь. И слушаем, слушаем тишину, чтобы не попасться врагам.

Прошёл по тоннелю метров сто, не встретив ни кого. Вышел на т-образный перекрёсток и за углом послышался какой-то шум.

«Скрыт», и прижавшись к углу тоннеля, выглядываю.

По левому тоннелю топает парочка костяшек. Скелеты имеют уже стандартный для меня вид, только один вооружен не мечом, а копьём. Да и так, выглядит чуть лучше, чем его собрат.

Проклятье, надо составить план. Биться сразу с двоими, это не так-то просто. Мало того, это блин не куклы. И в руках у них не шесты с шок наконечниками.

Выглядываю снова, до костяшек уже шагов пятнадцать. Уже видно, что на том, что с копьём не кожанка, а кольчуга и шлем не кожаный, а железный. Так что кистенём его не вырубить, просто не проломит кистень такой шлем. Так что… в общем план выработан, первым атакую мечника, ломаю его. Копейщик меня заметит и повернётся, за что получит от меня сначала «путы» из арсенала Земли. А затем, «каменную пулю» в «лицо», забрала у шлема нет. Надеюсь, этого ему хватит. Мои «каменные пули» в дребезги разносили мишени на стрельбище, а тут всего лишь черепушка.

Вот шаги рядом, я стою, прижавшись к стене и, жду. Костяшки выходят и, не видя меня под «скрытом» топают по проходу. Шаг в сторону мечника, я у них сзади. Замах и черепушка в кожанке разлетается в дребезги. Копейщик, мгновенно разворачивается, и тут по моей команде из земли выстреливают десятки тонких каменных нитей и, опутав его, застывают. Скелет замер не в силах пошевелится, у меня три секунды, пока действуют «путы». Наставляю на врага руку и: — Этиаэр тинтар!

Перед пальцами формируется маленький каменный шарик, хлопок и железный шлем катится по полу, громко звеня, обломки же черепа летят во все стороны. Пых-х-х-х, ш-ш-ш-бум-ш-ш-ш…

Кольчуга в клубах пыли оседает на пол подземелья. Бум-бурум-бум-бум, гремит по полу упавшее копьё.

— Фу-у-у-у… — выдыхаю я, чувствуя, как колотится сердце в груди. — С почином, Стас!