— На алтарь ладони положи ты, дитя моё, — говорит мне священник.

Делаю, что просят и… словно тяжесть на плечи наваливается. Смотрю в глаза прелата и, тот спрашивает:

— Доброй ли волей пришла сюда ты, дитя Творца?

— Доброй, отче, — отвечаю ему.

— Стать охотницей, хочешь ты. Что движет тобой, чисты ли помыслы твои? — снова спрашивает священник.

Я же понимаю, что юлить бесполезно и бессмысленно, прелат почувствует это, алтарь сейчас словно полиграф и лгать, держа руки на нём лишь навредить самому себе.

— Чисты, отче, — говорю я. — Ищу я силу, чтобы выжить в дальнейшем, а лабиринты могут дать её мне.

— Понимаю тебя. Но, понимаешь ли ты, что не только местом обретения силы лабиринты служат? — говорит он.

— Да, святой отец, понимаю…

— Что же, вижу я, что достойна ты охотницей стать. Что же до ранга твоего… — и прелат проводит ладонью в воздухе, словно стирая пыль с невидимого мне стекла. — Бронзовый ранг у тебя, хоть ещё и в самом начале развития он.

— Х-х-хэ! — восклицает Гирр. — Хорошо же ты её подготовила, Валисса. Хоть не сгинет в лабиринте в первый же день.

— Дети Творца, достойна дитя эта, в гильдию принятой быть, но… подождите у входа в храм Его, её. Поговорить мне надо, с девой сей, с глазу на глаз, — говорит священник.

Глава гильдии и тётушка с Талитой, поклонившись, вышли из храма. Я же стоял и ждал, что скажет мне священник.

— Найран, желание твоё стать охотницей понимаю я, — начал прелат. — Но, знать ты должна кое-что, прежде чем в свой первый лабиринт войдёшь ты.

— Что же, отче? — спросил я.

— Лабиринт, не место обогащения и обретения силы, вернее не только для этого служит он. Лабиринт в очередь первую, испытания людей место, — начал он. — Знать ты должна вещь очень важную, прежде чем войдёшь в него.

— Какую, отец Инарр? — спрашиваю я.

— Не должна ты в нём, страстям тёмным поддаваться. Алчности, страху, гневу напрасному, жестокости не нужной… Ибо, Лабиринты Хранителями созданы и если душою своей обратишься во зло ты! Убьёт тебя Лабиринт. Меня понимаешь ты? — внимательно глядя мне в глаза, спросил священник.

— Откуда вы знаете? — спрашиваю я, чувствуя, внутри укол страха.

Прелат усмехнулся, оглядел меня странным ласковым взглядом.

— Охотник, бывший я, отошедший от дел и посвятивший жизнь свою, людям служению, во храме этом, — ответил он.

— И что меня ждёт в лабиринте? — задумчиво спросил я.

— Знать, не дано мне. Каждому из нас, Лабиринт свои испытания уготовил. Главное помни, всегда помни. Глупость, алчность, бахвальство не нужное, погубить тебя могут в нём. Будь осторожна и внимательна, даже самый слабый противник там, может удивить тебя, смертельно удивить, — ответил священник. — И надеюсь, ты в гильдии имени своего истинного не открыла?