И рассказ продолжился. Арден изредка задавал наводящие вопросы, но всё равно, они не открывали завесу тайны. Хотя, он всё сильнее и сильнее убеждался, что Найран, такая же, как он. Все, просто всё уже, даже не говорило, а кричало об этом. Да и собственные воспоминания о девушке, лишь дополняли картину.

— Где она, хоть что-то известно? — спросил он приятеля, когда тот закончил свой рассказ, замолчав.

— Я спрашивал отца. Он говорит, что, по словам его светлости, Найран жива. Но, где она и что с нею, неизвестно, — ответил Итвэр. — Как я по ней соскучился, ты бы знал. Многое бы отдал, чтобы снова её увидеть.

— Знаешь, я бы тоже не отказался, снова встретиться с Найран, — поддержал его Арден.

Тут за пазухой завозился котёнок и он, достав из храна самый большой шприц и банку со сливками. Аккуратно накормил зверька. Тот, вернее та, поскольку котёнок оказалась девочкой, высосал аж три шприца, почти уполовинив запас сливок. Но, зато наелась и из-под куртки, когда он отправил её туда, донёсся звук тихого мурлыкания, и в кожу сквозь рубашку упёрлись лапки и впились коготки. Кошка, она и на Вейлтаре кошка, когда ей хорошо, она начинает использовать молочный шаг.

Дежурство, как и оставшаяся ночь, прошли тихо. Уже днём, когда Снарр более-менее поправился, его усадили на коня Ардена и парень, взяв скакуна под уздцы, шагом повёл его дальше.

Ближе к вечеру распогодилось и, они наконец-то пришли к Долинам, но вход в них, как выяснилось, был перекрыт. На расширившейся тропе, высился Форт, сама же тропа была перекрыта провалом, через который можно было перебраться лишь по подъёмному мосту.

Их небольшой караван растянулся метров на сто в длину на тропе возле ущелья. И пришлось остановиться, спешиться всем, и уже пешком идти к провалу на тропе. Арден видел, что в форте есть люди и их заметили. Подошли ко рву, глубокому и широкому, метров двенадцати в ширину, а глубина его, у стены ущелья была где-то метров восемь, ближе к краю увеличивалась до пятнадцати, а то и глубже.

Отец, подошёл к краю рва, по дну которого тёк ручей, заглянул за край и сказал: — По виду, подвесной мост у форта короткий для такого широкого рва.

— Странно, — поддержал его вставший рядом граф Нойар.

Арден, посмотрел на скособоченного стражника на коне и, спросил его: — Как ты, Риват?

— Болит всё, словно меня избили. Рука онемела, но пальцы вроде бы шевелятся, — ответил тот.

— Тогда сиди на коне, не слезай, я пойду к отцу и его светлости. Нужно, наверное, договориться с гарнизоном форта, чтобы нас пропустили, — сказал парень, и передал повод Снарру.