От слов отца, обе подруги залились румянцем.

— Дантор, ах ты ж дамский угодник! — воскликнула матушка, вызвав тихий смех всех присутствующих, что немного разрядило обстановку в кабинете.

— Что же, так и решаем, — сказал граф. — Завтра отпишусь нашим баронам по этому поводу, и в первых числах апреля, отправимся на сбор. А там, как уж сложится.

38 апреля 1202 г. Н. Э.

Коронные земли, Запад Восточной империи.

Мерный стук копыт по плитам большого имперского тракта навевает дрёму. Солнце высоко в небе и жар от него уже вполне летний. Там же в бездонной сини разливается трелями завирк, стрекочут в лугах кузнечики, сверкая всеми цветами радуги, над дорогой пролетают бабочки и жуки. Идиллическая картина, но в душе у Ардена идиллии нет совсем. Сегодня утром, когда они собирались в путь из придорожного трактира, в него заехал отряд охотников и сообщил страшные вести. По каналам Гильдии пришли новости, что в столице Западной империи Амелонаре вспыхнул бунт. Они же сказали, что многие аристократы в столице убиты восставшими, а так же убит император, императрица и наследник престола. Младшие принц и принцесса пропали без вести и западный сосед, окончательно погрузился в хаос и анархию. То, что Его величеству, императору Востока Хаокону IV об этом уже известно, сомневаться не приходилось.

Услышанное повергло всех в мрачные раздумья. Поскольку если принц Шайран закусил удила и всё-таки объявит Рокош. То реакция императора на такое, может быть абсолютно беспощадной. Умирать из-за чрезмерного честолюбия и принципиальности эрцгерцога не хотелось совершенно. Он только-только приступил к клиническим испытаниям своего «пенициллина» и они шли очень успешно, мало того весной в марте, он смог получить в лаборатории ацетилсалициловую кислоту и перешёл к опытам по получению парацетамола. Земная фармакология, вполне работает и здесь. И Арден, желал не только заработать на своих лекарствах, но и на основе их запустить фармацевтическую промышленность в империи, и выпускать не только лекарства, но и витамины и биодобавки. И, что немаловажно, это слава и возможности. Ведь имея изрядную фору в виде памяти о прошлой жизни, он не хотел напрасно его растрачивать, а принести людям максимально возможную пользу. Ну и о себе забывать всё же не стоит, тут, увы, не социализм, и за всё в этом мире приходится платить звонкой монетой, а фармацевтика это очень, очень большие деньги в перспективе.

— Дени? — раздался справа голос Ульвара. — Как думаешь, что в Сейварте будет? Может быть, удержится Шайран от резких шагов?