— Уй-й-й… — всхлипывает пленник и бледнеет.

— Правду говори, а то, мы с тобою, убивец, говорить будем по-иному, — рокочет рыцарь храма.

— А чтобы лучше думалось тебе, — проворковал Артер. — То пойман ты, как сообщник убийц наёмных. А убийство за деньги, мерзостью Церковью нашей признано. Так что, плохи дела твои, и только полное раскаянье спасти тебя может.

Пленник побледнел, став цветом лица, словно бумага. Обвинение от Храма в Мерзости, это очень серьёзно, фатально серьёзно. Он сидел и медленно раскачивался, губы шевелятся, словно шепчут что-то.

— Ну, что скажешь нам ты? — спросил его Артер.

— Я всё расскажу, Ваше преосвященство, — тихо сказал мужчина.

Я усмехнулась, эк он со страху нашего пресвитера сразу в епископы произвёл. Но, я могу его понять, когда такая засада, не такое скажешь чтобы жизнь сохранить.

И поведал нам пленник, что вор он, и в гильдии воровской состоит, как наводчик и сыскарь. В отряд к убийцам попал по приказу главы гильдии-воров Артрана, соседнего крупного портового города с родным городом Мэй, Бертаром. В отряд убийц его включили для поиска и обнаружения Мэй. И именно он, заметил Лимара, именно он, предложил за ним проследить и он же высказал предположение, когда Мэй и её люди исчезли, куда они могли поехать. А потом ещё и помог выследить их в Брошенных землях. Изрядный мастер, и такой же изрядный мерзавец. Но и выхода у него не было, убийц он откровенно боялся и подчинялся их главарю беспрекословно, стараясь быть полезным. Иначе, и он в этом не сомневался, его бы просто убили. Несмотря на возникшие потом разборки между гильдиями, ведь у ворюги был авторитет и рядовым вором он не являлся. Но, слишком уж опасная была у них цель, и как противник и по последствиям за убийство. За риск, вору заплатили гигантскую для него сумму в пятьдесят империалов. И гадёныш полностью её отработал, мало того, главарь убийц приказал ему, если их план провалится, вернуться в Артран и всё доложить. Но, не судьба, от охотников вор удрать не смог. Не его стихия леса и поля, это не городские кварталы и трущобы, где он был, как рыба в воде. Под конец воришка откровенно разрыдался.

— Тяжек грех твой, вор, — сказал Артер, когда воришка замолчал. — Тяжек, но не смертелен. Но, не значит это, что просто так отпустим тебя мы. Дело тебе поручим мы, и выполнишь ты его, иначе…

И в голосе инквизитора прозвучала такая угроза, что воришка пал ниц и заголосил: — Всё выполню, Ваше преосвященство, всё, что скажете мне, исполню, душой и жизнью своей клянусь.

— Хорошо, — сказал храмовник и посмотрел на меня.