Переодевать её не стала, так и отнесла в столовую внизу в ночной рубахе.

(Падма Дэви)

На завтраке познакомили девочку со всеми остальными жителями дома. Всех она уже видела, но вот знакома не была. На завтрак Ирван превзошёл сам себя, постряпав вкуснющий пирог с ягодами и омлет с ветчиной и сыром. Падма ела так, словно это были какие-то невыразимые деликатесы, она аж глаза закатывала и держала кусочки во рту подольше. Но, надо отдать должное манеры за столом у неё были безукоризненными.

Подруги мои и сестра засыпали её вопросами, махали руками, словно крыльями ветряных мельниц. Смеялись и норовили девчонку затискать, чем совершенно смутили. Понимать она их всё равно не понимала, пыталась что-то говорить им на хинди, но… Пользы от этого было даже меньше чем ноль. Но, несмотря на языковой барьер, все, каким-то странным образом друг друга понимали. Ну, или делали вид, что понимают.

От плотной еды Падма сомлела и я, пожалев, отнесла её обратно к ней в комнату, где и оставила наедине с Татьяной. Сказав остальным, что девочкам будет проще найти общий язык наедине. Тем более что, скоро им предстоит ритуал храмовников.

Подруги и сестра с моими доводами согласились, а Ирван своего мнения не высказывал, предпочтя оставить при себе. Но, я заметила, что к ребёнку он относился по-отечески.

После завтрака отправилась в храм и нашла там епископа Ватарра. Сказала ему, что моя подопечная уже вполне в силах пережить ритуал без особых проблем. Ватарр покивал и отправил меня домой, велев ждать к вечеру в гости.

Вернулась и рассказала всем, что вечером к нам заедут инквизиторы и обучат нашему языку Падму. Так что с завтрашнего дня, сможем общаться нормально.

Инквизиторы прибыли ещё засветло, вместе с епископом Ватарром, были два молодых симпатичных парня с открытыми и располагающими улыбками. Да и сам епископ, в простой робе выглядел, как добрый дедушка с ласковой отеческой улыбкой.

Ритуал решили проводить в комнате у Падме. Пришли туда с Татьяной, Талитой и Ватарром, артефакт для обмена знанием, оказался овальным блюдом из мифрила, покрытым замысловатым узором с прозрачным кристаллом посредине. Девочки по указаниям епископа сели на кровати друг напротив друга и положили ладони на блюдо. Через несколько секунд, Ватарр провёл над артефактом ладонью, и кристалл посредине замерцал, синим колдовским цветом. И мерцал он так минут пять, девочки же сидели неподвижно с словно бы застывшими лицами. Когда мерцание безо всякого предупреждения погасло, обе со стоном упали на кровать.

Тали по команде епископа, сразу же провела какие-то свои манипуляции с ними и ещё через минуту они очнулись.