— И в чём же странность? — ухмыльнулся маркиз, он уже всё понял про эту охотницу.

— За что такое отношение, милорд? — ответил подручный.

— Ну, если тебе лень подумать, то давай подумаю я, — сказал Вайзан. — Подумаю вслух. Вот ты говоришь, что она воспитывалась при монастыре, а о чём это говорит?

— О чём, Ваше могущество?

— Девка эта, Храмовый охотник и воспитывалась именно охотницей. После её отправили в Лабиринт искать утраченные реликвии Церкви. И судя по происходящему, она таки что-то нашла. А судя по тому, что в её делах оказались замешаны Беранн, то можно сделать вывод, что нашла она группу пропавших святош в которой был их родственничек. Смекаешь? — ухмыльнулся маркиз.

— То есть, посох Белира и великий амулет Духа, вернулись в храм⁈ — прошептал Тайнер.

— Ну да… а вместе с ними и клинок, и перстень основателя, вернулись нашим сиятельным герцогам. Чтоб их лихоманка сожрала. Оттого и облизывают эту девку Беранн, за такое не то, что продашь дом, подаришь его и не только его. И теперь понятно, откуда у девки-сироты взялись деньги на учёбу. Храм такой полезной своей Охотнице, не то, что учёбу, замок оплатит и не поморщится. И говоришь, у неё дочка есть?.. Может у тебя есть портрет этой охотницы? — закончил свою мысль маркиз.

Да есть! — подтвердил подручный. — Вот, посмотрите, тут она с дочерью. Как раз у своего дома в районе охотников.

Вайзан взял портрет и вгляделся в тех, кто на нём был изображён. Молоденькая, миловидная женщина обнимала совсем маленькую девочку, причём было отчётливо видно, что это родственницы. Но… маркиз поморщился, у малявки были кошачьи уши.

— Фу! — фыркнул мужчина, отбросив портрет. — Гнилая утроба! Видимо путалась с этими недочеловеками с востока! Дрянь! Больше меня этой девкой не беспокой, не желаю иметь дела с этими запачканными. Тьфу! Погань…

— Ну, как скажете, милорд, — ответил Тайнер и убрал все бумаги обратно в папку. — Тогда у меня на сегодня всё.

— Тогда свободен, — буркнул маркиз и проводил подобострастно кланяющегося подчинённого взглядом до дверей.

— Жаль, конечно, что перспективная девка оказалась гнилым чревом. Да и так, связываться с друзьями Беранн, этих поборников старины и традиций, совершенно не хотелось. Когда всё начнётся, сиятельных герцогов придётся убирать, слишком уж влиятельны и популярны у черни. Тогда же, заодно можно будет и эту охотницу прихлопнуть, причём демонстративно, дабы другим чистым неповадно было путаться с выродками. Марать свои чрева их выблядками. Нет уж, после очищения, его Империя будет самодостаточна, а с Востоком, можно будет покончить потом, после, если руки дойдут, или потомкам завещать, выжечь эту плесень с лица их мира. Но, нечистых в этом мире остаться не должно, — подумал он. — Этот мир, должен принадлежать истинным потомкам прошлых людей. Таким, как он и его наследники. А не вот этим всем, ушастым, рогатым и прочим.