— Алли, что такое⁈ — спросила её дочка.

— Можно мне к вам? — потупившись, спросила девочка. — К Тани?

— Тебя не потеряют? — спросила я.

— Да не… ну куда я из дома ночью денусь? Охрана же во дворе… — прошептала малявка.

— Что скажешь? — спросила я дочь.

— Я не против, — радостно ответила Татьяна.

— Тогда, давайте, наконец, спать, — говорю я и ложусь.

Алитта подбежала к кровати и забралась под покрывало рядом с Татьяной. Девочки немного пошептались, но быстро угомонились и, спустя минут пять спокойно засопели в обнимку. Усмехнувшись, отправилась в объятья Морфея сама.

Утром после тренировки и водных процедур, когда с Талитой наводили на головах друг друга порядок. За дверями началась какая-то суета. Моя служанка спала эту ночь на отдельной кровати и о присутствии в моей постели гостьи не подозревала. Девочки же из-за утренней свежести, укутались в покрывало по самые носы и понять сходу, что под ним не одна Таня было нельзя.

— Что такое случилось, интересно? — спросила меня подруга.

— Загляни ко мне под покрывало, — отвечаю я.

Подруга послушалась и через пару мгновений я услышала удивлённый вздох. Талита вернулась и присев рядом сказала:

— Может быть, стоит всех успокоить?

— Поздно, сейчас постучат к нам, — отвечаю я и действительно, после некоторого шебуршения за дверями в них постучали.

— Войдите, — тихо, но отчётливо говорю я.

В двери заходит моложавая женщина в домашнем платье, красивая, темноволосая с такими же ярко-синими глазами, как и у Вейлара. Это была жена Танреда Беранн — Верина. Нас познакомили за ужином, как и с матриархом семьи, Белиам Беранн, женой старого герцога.

— Эллин Дариан, — тихо говорит она. — Вы не видели случайно здесь мою дочь Алитту?

Киваю на кровать, где так же в обнимку спят девочки.

Герцогиня подошла к кровати и с нежностью посмотрела на спящих детей. Вернулась к нам и присела рядом на свободный стул.

— Вы уж простите нас, за беспокойство, — прошептала она.

— Не за что просить прощения, всё нормально. Я же видела вчера, с какой радостью играли наши дочери. Чтобы моя Тани не говорила, ей остро не хватает подруг. Видимо, у вашей Алитты та же проблема, — отвечаю я.

Женщина горестно вздохнула кивнув.

— Вы правы, это так, — сказала она. — Мы стараемся оградить нашу девочку от тлетворного влияния столичной аристократической публики, но цена этого… цена этого её одиночество. Ей остро не хватает подруг сверстниц.

— Понимаю вас, — отвечаю я. — Надеюсь, наши дочери подружатся и я была бы не против, чтобы дружили и дальше.

— Правда? — искренне удивилась герцогиня. — Это было бы замечательно. Ваша Тани, замечательная девочка, такая чистая и искренняя. Под стать моей Алитте. Ладно, раз они пока спят, я пойду и всех успокою, а как проснутся, отправляйте Алли к ней в комнату.