Я задумался. Был бы он моим ровесником, я бы однозначно решил, что будем править и при удаче получим целителя экстракласса. Но взрослый человек с запорченным источником и каналами, которые, скорее всего, уже потеряли эластичность, можно ли что-то сделать с этим? Попробовать хотелось, прямо руки чесались, останавливало только то, что я прекрасно понимал: случай запущенный, самому Давыдову не справиться, нужен постоянный присмотр и правка.
Тем временем Давыдов налил в чайник воды и выставил перед нами чашки, в которые поместил по пакетику с чаем. Конфеты он тоже выставил, а еще извлек тарелочку с нарезанной колбасой. Кажись, кто-то лукавил, когда заявлял, что ему колбасу не дарят. Ведь каждому нормальному пациенту должно быть понятно, что лучшие набор конфет для врача-мужчины — это колбасная нарезка.
Тимофей появился, как раз когда его отец разливал воду в чашки из закипевшего наконец чайника. Был наш целитель настолько бледным, что веснушки выглядели как черные дырочки, ведущие в иную реальность. Нет, срочно его на ритуал, чтобы была возможность для роста — на этом уровне она уже исчерпалась.
Давыдов-старший сыпанул в чашку, которую приготовил для себя, сахару побольше и всунул сыну в руки со словами:
— Ну как?
— Все нормально с мальчишкой будет, — слабо улыбнулся Тимофей и впился в чай, словно это был жизненный эликсир.
Кстати, а ведь такой есть, но я рецепта не знал, его могут готовить только целители, поэтому мне учить смысла не было.
— С ним-то, может, и нормально будет, — проворчал Серый, — но с тобой — нет. Такими темпами ты себя угробишь.
— Не, я предел чувствую, — отмахнулся Тимофей, на лицо которого начали возвращаться краски. — Да и прирост потом идет очень быстро, если выжмешь все.
— За счет жизненных сил, — напомнил я.
— Поем хорошо — и сразу в норму прихожу. — Он уже совсем ожил и даже глаза заблестели. — Что скажешь?
Поскольку кивнул он на отца, сомнений в том, о чем он спрашивал, не было.
— Есть идеи, — уклончиво ответил я. — Но, во-первых, я не уверен, что сработают, а во-вторых, даже пробовать не стану, если твой отец не вступит к нам в клан. Создавать потенциально сильного мага и отдавать его кому-то другому — не в наших интересах.
— Надеюсь, все всё запомнили? — я окинул мрачным взором свое воинство. — Не скажу, что сегодня решается наша судьба, но мы должны стать лучшими. И сегодня, и всегда.
— Как пафосно, командир, — хихикнула Диана, перекатывая жвачку из одного угла рта в другой. — Не бойся, мы их порвем как Тузик грелку: на мелкие невосстановимые клочки.