Я был расположен.
Малая гостиная выходила окнами в сад. На низком столе стояли чайник, две чашки, тарелка с тонкими пирожными и кувшин с водой. Возле второй чашки лежала чистая камышовая трубочка.
Рейнар из рода Сайр поднялся мне навстречу. Седины у висков с зимы как будто прибавилось. Старые белые перчатки он снял и положил рядом с приборами.
— Рад, что дорога не помешала вам прибыть вовремя, господин Крэйд. Садитесь. Надеюсь, маска вам нужна ненадолго?
— Челюсть ещё срастается. Должен предупредить: пирожным я сегодня не воздам должного. Беседу поддержу с гораздо большим удовольствием.
— Тогда пирожные подождут. Что произошло?
— Корраг устроился между камнями. Я прошёл слишком близко и заметил его, когда он уже бросился.
— В Вороньем Копье вам оказали помощь?
— Насколько позволяли обстоятельства. До форта пришлось добираться несколько дней, поэтому кость вправляли не сразу. Встала она правильно, но срастается медленно.
Рейнар налил мне воды и подвинул чашку вместе с трубочкой.
— В Вейрхольме вас могут осмотреть ещё раз. Если позволите, я найду лекаря.
— Благодарю. Лекарь форта сказал, что кость стоит правильно, и велел не тревожить её без необходимости. До церемонии я последую его совету.
Он принял отказ без уговоров, налил себе чай и расспрашивал о дороге. Я отвечал несколькими фразами: тракт был свободен, мосты целы, мерин выдержал переход. Разговор некоторое время касался безопасных тем — погоды, сроков изготовления перстня и моего неожиданного возвращения в столицу.
— Зимой вы обещали рассмотреть наше предложение, — произнёс Рейнар, поставив чашку на блюдце. — Вы видели, как наш род живёт. Вы знаете, что наш род умеет быть благодарным и щедрым. Не изменило ли это вашего отношения к службе у нас?
Я едва удержал лицо неподвижным.
Больше двадцати миллионов опыта навыка исчезли в Инверсии, а она так и осталась на сорок девятом уровне. Легендарная Регенерация под действием моего главного навыка начала разрушать организм. Эпическая Собранность отняла способность сосредоточиться. Оба навыка пришлось удалить, заплатив четыре Печати только за возвращение к исходному состоянию.
Пальцы сжались на подлокотнике. Я разжал их прежде, чем дерево успело скрипнуть.
— Мой ответ не изменился, господин Рейнар. Но прошу поверить: причина моего отказа не в вас и не в намерениях вашего дома.
Голос вышел ровным. На это ушло всё самообладание, что у меня в тот момент оставалось. Он посмотрел на мою руку, затем снова взял чашку.
— Хорошо. — Он перевёл разговор так плавно, что я почти не заметил поворота. — Расскажите мне лучше про Воронье Копьё. Я не был там четыре года.