— Все ясно, товарищ Джу! — бодро отрапортовал я.
— Тогда — последнее. В Пэктусан об этих наших с вами договоренностях распространяться не стоит. Будут задавать вопросы — всех не в меру любопытных отсылайте непосредственно ко мне, я разберусь.
— Да, разумеется, так я и собирался поступить, — ответил я, сумев избежать саркастической ухмылки.
— Рада это слышать. Ну что ж, тогда — за работу… Чон- сонсэнним , — а вот моя собеседница выразительной усмешки не сдержала — и не говоря более ни слова, вышла из комнаты.
[1] Насколько хорошо? Как вы оцениваете свой уровень? (англ.)
[2] Думаю, он достаточен, чтобы посоветовать вам немного поработать над вашим произношением (англ.)
Уступив мне место за рабочим столом, Хи Рен забралась с ногами на коротенький диванчик у стены и принялась сосредоточенно листать какой-то учебник — точно не английского, кажется, корейской литературы. Но, нарочно или нет, устроилась девочка так, что при желании легко смогла бы видеть происходящее у меня на экране. Что ж, значит, вопрос с интернетом пока явно откладывался…
Ну и ничего страшного: впереди у меня целых полторы недели репетиторства, так что шанс хорошенько пошарить по компу мне еще наверняка представится. А пока стоило заняться тем, для чего меня, собственно, и наняли.
Первым делом я изучил программу экзамена для перевода в Первую школу. Затем извлек из архива — из папки, так и подписанной: «Мучения Нам Хи Рен» — все ранее выполненные девочкой тесты. На круг их там оказалось десятка четыре — по доброй дюжине учебных тем. Внимательно просмотрел найденное — и обнаружил одну странность: эти задания будто бы два разных человека выполняли. В более сложных моментах, вроде построения условных предложений или употребления present perfect, ошибок почему-то встречалось куда меньше, чем в элементарных, типа форм глагола «tobe» настоящего времени или порядка слов при прямом вопросе. Ни там, ни там, впрочем, к целевым 80 процентам результат даже не приближался.
На всякий случай я даже уточнил у школьницы, все ли тесты из папки — плод ее собственных «мучений», и получил пылкие заверения, что так и есть.
От этого и приготовился «плясать». Как такового, педагогического опыта у меня не имелось, но хорошей заменой ему должны был послужить общее понимание, как именно усваивается людьми та или иная информация, первое впечатление о Хи Рен и прокачанный навык составления проектных стратегий. Как ни крути, набросать план форсированной подготовки тринадцатилетнего подростка к экзамену несколько проще, чем разработать схему вывода активов предприятия из зоны риска или написать детальную концепцию недружественного поглощения «вкусного» холдинга. Ну а принципы, по большому счету, и там и там одни и те же применимы…