В целом же передовица сводилась к описанию посещения Лидером страны компьютерного класса в некой Школе № 1. Заканчивалась статья так же цитатой: «Новому поколению — жить и работать с новыми технологиями, под знаменем Трудовой партии!» Тезис этот, разумеется, был всеми присутствующими тщательно зафиксирован.
За передовицей последовала череда заметок о новом, но уже известном мне почине с мест — ударно отработать май без выходных. На уровне страны решение на этот счет вроде как принято еще не было, но инициатива уже имела подобающее случаю пафосное название: «Тридцатидневная весенняя битва».
И на кой им тут, спрашивается, роботизация — если люди сами рвутся вкалывать, аки машины, без отгулов и праздников?
Между тем, не обошлось в блоке о почине и без цитаты от Высшего Руководителя — что-то там про сознательность и ответственность — но на сей раз ее почему-то никто записывать не стал. Пролистав свою тетрадку на пару страничек назад, я понял, в чем причина такого наплевательского отношения к данной конкретной мудрости Вождя: там эти слова уже благополучно значились. И даже были подчеркнуты двумя чертами — видимо, на них уже не раз акцентировалось внимание слушателей.
И так далее, и так далее, и так далее — на протяжении минут пятидесяти. Если забыть о необходимости время от времени записывать что-то в тетрадочку, можно было бы, наверное, уснуть от скуки — несмотря на весь артистизм чтеца. Причем, тяжко было не мне одному — откровенно клевали носом и несколько товарищей по соседству.
Однако последняя озвученная заметка внесла в тоскливое действо некоторое оживление.
Называлась она «Смелый поступок простого пхеньянца» и касалась субботнего происшествия на троллейбусной остановке. Да-да, того самого, когда реальность возле меня впервые раскололась надвое! Причем, как чуть позже выяснилось, в газете даже была моя фотография! Правда, не с места происшествия и не из полицейского участка — да и не помню, чтобы меня там снимали репортеры. Фото было, что называется, «паспортное», строго анфас — но похожее.
Еще в ходе оглашения статьи — прежде, чем в ней прозвучало мое имя, а случилось это только в самом-самом конце — на меня уже стали оборачиваться: видимо, позавчера, вернувшись на работу, Пак не преминул поделиться нашими приключениями с народом. Когда же прозвучало: «По словам смелого молодого человека, так на его месте поступил бы каждый!» зал и вовсе разразился аплодисментами. Пак подтолкнул меня локтем в бок, призывая встать — что я и сделал, не забыв благодарно раскланяться. А рядом с чтецом тем временем уже нарисовался сияющий товарищ Ли: