Признаться, не был уверен, что сумею сейчас идти самостоятельно, но, как оказалось, слабость в ногах меня уже оставила, навязчивые «флэшбэки» тоже наконец прекратились, так что до полицейского участка я добрался без приключений. Тот, как я уже упоминал, находился недалеко, буквально в соседнем переулке — в невзрачном двухэтажном здании, скромно спрятавшемся за глухим бетонным забором. Над воротами висел лозунг — как водится, белыми закорючками на алом фоне. На подходе от нас его частично заслоняла крона дерева, и почему-то мне пришло в голову, что там будет написано «Вор должен сидеть в тюрьме!» — за подписью кого-нибудь из здешних великих вождей. Но на сей раз верно угадать будущее мне не удалось — транспарант всего лишь призывал выполнить решения очередного пленума ЦК Трудовой партии Кореи.
Прежде чем сопроводить на широкое крыльцо, нас всех провели мимо широкого щита с фотографиями — дорожка будто бы специально изгибалась, чтобы никак не вышло его миновать. Первой моей мыслью было, что это — нечто вроде стенда «Их разыскивает полиция», но приблизившись, я понял, что снова ошибся: встречал нас фотоотчет о посещении данного участка Лидером страны, случившемся восемь или девять лет тому назад. Беззвучно хмыкнув, я даже невольно сбавил шаг, чтобы получше рассмотреть эту красочную галерею. Кстати, замыкавший процессию полицейский отнесся к моему интересу с пониманием — подгонять меня он не стал.
В участке нас всех, кроме мотоциклиста — его сразу куда-то увели — выстроили в рядок в длинном коридоре и принялись по одному запускать в один из дальних кабинетов. Давешнее промедление у памятного стенда в итоге вышло мне боком: в этой импровизированной очереди на опрос мы с Паком — толпой моего коллегу унесло было вперед, но на крыльце он меня по-товарищески дождался — оказались в самом хвосте.
Двигалось дело небыстро. Совсем небыстро. Меньше пяти минут в кабинете никто не проводил — даже те, кто на выходе оттуда делился с приятелями фразами, типа: «Да не видел я ничего толком, так им сразу и сказал!» Большинство из собравшихся, впрочем, воспринимали ожидание стоически. Разве что Пак, которому было велено вернуться в контору к двум часам дня, поначалу заметно нервничал. То и дело посматривал на время, несколько раз будто бы порывался позвонить на работу, но до поры что-то не решался. Наконец, не выдержал — набрал секретарше товарища Ли и принялся излагать той нашу ситуацию.
Толком поговорить моему коллеге, правда, не дали — почти тут же подошедший полицейский велел ему телефон убрать. Что старший курьер послушно и сделал, дав отбой. Но стоило стражу порядка отвернуться, Пак исхитрился-таки полувслепую отправить начальству СМС-ку с объяснениями. Не поручусь за дословное содержание полученного вскоре ответа, но искоса прочтя его, попусту дергаться мой провожатый наконец перестал.