Экран — самый большой из всех, что можно было демонтировать и перетащить — установили в столовой, стулья и столы расставили вдоль стен — полумесяцем. Уж не знаю, почему, но весь наш сводный контуберний к просмотру фильма отнесся чрезвычайно серьезно. Попкорна не было, а вот плотный ужин приготовили — омлет из ящериных яиц, десерт из фоанских фруктов, эльфийские лепешки…
— Давай, включай уже, — вздохнул научник Сева Цветков, усаживаясь. — Как, говоришь, кино называется?
— «Кин-дза-дза», — повторила Маша. — Вы что — не помните?
— Тут помню, тут — не помню! — сказал Сева грустно. — Фрагментарная амнезия…
Вдруг его лицо просветлело:
— Слушай, там ведь этот, который Винни Пух… А! Леонов! «Тут помню, тут не помню!» Он ведь шлем искал!
— Это — «Джентльмены удачи!» — покачал головой наш мехвод Щербина. — А «Кин-дза-дза» — это «Скрипач не нужен!»
— Однако! — почесал затылок научник. — Фильмотерапия. Триггеры. Якоря из прошлого…
Знание терминологии к нему, похоже, вернулось раньше, чем воспоминания о советском кино.
— Тихо, вы там! — зашикали все. — Давайте смотреть!
Ко мне-то память к этому моменту практически вернулась, и я был уверен — главной причиной был как раз мой личный якорь из прошлого. Тот самый- вернее, та самая — которая в черном комбезе, с осиной талией и обалдеть, какими ножками, вот прямо сейчас кино включает.
У остальных не было Маши Ларсен на орбите. У них на орбите была просто красивая девка Стрела, центурион из научников. Даже скорее не так: центурион Стрела, из научников. А красивая девка — это уже вторично. Эти мужики были ветеранами, у них легионная иерархия крепко въелась в мозг.
Зазвучала музыка, экран загорелся, началось кино. Как же чертовски похоже на Фоану выглядел пейзаж, мелькающий на фоне титров… Я и так стоял у дверей и садиться не собирался — думал пойти поработать, открыть, наконец, чертов блокнотик. Единственное — неправильно было бы оставлять тут Ларсен. Вдруг она тоже захочет смотреть кино? Все-таки — Данелия. Классика!
Ан нет, не захотела. Тоже вдоль стеночки двинулась к выходу — и выскользнула в коридор. Я пытался понять: уместно или нет будет пойти за Машей? Смотрел ей вслед.
— Ну, ты чего? Идем! — Ларсен обернулась и поманила меня за собой. Когда я догнал ее в четыре шага и пошел рядом, она сказала, как будто сама себе: — Господи, какая роскошь посреди космоса встретить человека, которому доверяешь! Пошли, я тебе кое-что покажу.
Мы миновали дверь в центр управления, помещения для личного состава, складские отсеки — и оказались в мини-оранжерее. Сюда Ларсен меня еще не водила. Она говорила, что выращивает микрозелень, но я и не думал, что у нее тут — такое царство! Крохотная комнатенка с прозрачной крышей, сквозь которую пробивались лучи местного красного светила, просто дышала жизнью! Кругом было зелено, тут поддерживался оптимальный микроклимат, и я с некоторым умилением сказал, глядя на заросшие стены: