Тем не менее, им доставалось на орехи — тут и там в новостях мелькали сюжеты о том, как озлобленные колонисты разносили их в пух и прах или корпоратские дроиды перемалывали очередную толпу тупых засранцев, решивших поживиться на складах.

Вот только, несмотря на такие новости, число мародеров не уменьшалось, а наоборот, увеличивалось.

И я был уверен, появляются они не с бухты-барахты — кто-то это дело специально организовывает.

Как оказалось, наше прямое начальство было со мной всецело солидарно, и мы получили задание: выловить несколько ватаг мародеров и взять живыми их ватажков, чтобы затем допросить с пристрастием, выяснить, наконец, откуда ноги растут у этого «движения мародеров».

Что ж, мы не против. Такая работа как раз нам по плечу. Это во всякие шпионские игрища играть нам было непривычно и некомфортно…

И вот уже целый год или даже больше мы занимались тем, что гонялись за всяким сбродом и оборванцами, главным достижением которых было ограбить колонистов, у которых самих за душой по большому счету ничего нет.

Пока результаты были никакие. Вернее не так: мы исправно делали свою работу — выбивали одну банду за другой. При этом брали вожаков и особо к ним приближенных живыми.

Вот только как бы мы ни старались, какие бы методы (даже самые жесткие) ни применяли — особого толку от этого не было. В том смысле, что ничего полезного они не говорили.

Хотя удалось найти некую «закономерность» — во всех случаях был некто, кто снабжал будущую банду деньгами. Что это за меценат и откуда он взялся — выяснить не удалось. Каждый из взятых нами главарей своих благодетелей описывал по-разному.

Получается, «благодетель» тоже был подставным, точнее подставными…

Пока мы безрезультатно бились с этими недоделанными мародерами, Торм и его аналитический отдел тоже не сидели без дела.

После очередного моего отчета, отправленного Торму, полковник вызвал меня на связь.

Когда я уселся за терминал связи, экран зажегся, и с него мне прямо в глаза глядел даже не Торм, а Игорь Анатольевич. Когда-то этот человек вытащил меня из задницы, в которую мы попали из-за моего упрямства и тупости офицера 8-го флота. Быть бы мне уже на гражданке, если бы не человек, глядящий сейчас на меня с экрана.

— Добрый день…э-э-э…г-дин, — я растерялся, так как не знал звания Игоря Анатольевича, хотя знал — он непосредственный начальник Торма и, как я понимал и как слышал, второй человек во всем 8-ом флоте после «директора».

— Можно просто «Игорь Анатольевич», — мягко сказал собеседник. — Ну что, вижу, что не зря тогда решил вас оставить в ВКС — вы сделали карьеру…