А вот и наш артефакт — блестящий шар, лежащий в нише на пьедестале посреди этого «отсека».

Я подошел и занес над ним руку.

Ну-с…надеюсь, ничего не произойдет…

Я схватил шар, обхватил его пальцами и дернул наверх. Вопреки ожиданиям, он не был никак закреплен, и я с легкостью его поднял.

И тут случилось «это» — для начала луч, бьющий из шара вверх, вдруг исчез, окружающий нас «черный» камень мгновенно будто «выцвел» — он посерел и с каждой секундой все больше и больше менял цвет, становясь уже скорее белым, чем серым.

— Кураж! Что там у вас происходит? — послышался обеспокоенный голос Выдры. — Тут что-то случилось. Все вокруг изменило цвет, начало рассеиваться…

— Все хорошо, — ответил я, — эта штуковина у нас. Возвращаемся.

— Отлично. Ждем ва….

Связь исчезла, и едва я успел что-то сделать, как мой скаф тоже вырубился.

Прежде чем я успел даже выматериться, скаф включился вновь.

У моих спутников, похоже, случилось то же самое.

— Погядок! — послышался голос Деда. — Похоже, пгосто что-то пегеггузило электронику. Но теперь все нормально.

— Понял, — ответил я. — Выдра! Ты еще здесь? Эй?

— Похоже, когабль выгубился, — заметил Дед, — им нужно чуть больше вгемени на пегезапуск системы, чем у нас ушло на пегезапуск скафов. Летим назад. Думаю, когда подлетим к шлюзу, они как газ включатся.

— Лады, — ответил я и первым направился к пробоине…

Вот тут я и столкнулся с проблемой.

Ранец на моем скафе не работал, и это было странно. Никаких неисправностей нет, топливо имеется, но движки не запускаются, сколько бы я ни пробовал.

Как оказалось, у Кучи и Деда возникла такая же проблема.

Однако мы не запаниковали. В конце концов, с таким количеством выходов в открытый космос, сколько было у нас, поломка ранца не особенно то и большая проблема. Будь мы какими-нибудь гражданскими или желторотыми новичками, может быть и занервничали, а так…

Берем наши пушки, адаптированные для стрельбы в условиях космоса, проводим небольшой «апдейт» — в частности, отключаем систему, гасящую отдачу, и вперед.

Пуля летит в одну сторону, стрелок в другую. Главное — «себя» правильно нацелить, а то придется еще стрелять, внося корректировки в курс.

В силу нашей опытности корректировки не потребовались. Пусть и не так быстро, как если бы ранцы были рабочими, но мы добрались до шлюза корабля.

— Очень интегесно, — хмыкнул Дед,– отчего у нас всех тгоих ганцы сдохли?

— Явно не случайность, — согласился я.

— Артефакт! — заявил Куча. — Точно вам говорю!

— Ты об их существовании час назад узнал, — рассмеялся Дед, — а уже «точно» нам говогит…