Мара помогла с выбором Лайту. И когда официантка отошла, девушка продолжила проявлять усиленный интерес к новому знакомому.

– Ты не похож на того, кто часто бывает в подобных местах, Пи’, – заметила она.

– Да, учебы слишком много, а когда есть время – лень куда-то идти. Хотя я бываю в клубах вместе со студенческой музыкальной группой, когда мы где-то играем.

– Так ужасно, что тебе пришлось такое пережить. Мин мне все рассказал. Удача тебе не благоволит, раз ты оказался не в том месте и не в то время.

Мин наблюдал за Марой и видел: та снова ведет какую-то извращенную игру, понятную лишь ей одной. Она словно не заснет, если не пролезет в душу тому, кто стал ей любопытен.

– Да, лучше бы меня пристрелили. Тебе уж точно было бы удобнее от этого, – цинично заметил Мин.

– Такое чувство, что это я тебя похитила и измывалась над тобой, Вонграт. Может, хватит? Да, моя вина здесь есть, однако не нужно выставлять меня врагом только из-за желания сделать из меня мишень для выплеска твоей злости!

Желваки ожили и активно заиграли на лице Мина. Он осознавал правдивость ее слов и возненавидел за это. Но тут в разговор вмешался Лайт.

– Думаю, я оказался как раз в нужном месте и в правильное время. Не знаю, какую роль я сыграл, но, надеюсь, это помогло избежать лишних жертв. Можно считать это моей слабостью – люблю спасать чужие жизни.

– Интересно-интересно. Тебя действительно лучше держать другом, чем врагом. Неудивительно, что после похищения отношение этого буки в твою сторону изменилось.

– Общие трудности сближают. – Лайт словно не замечал скрытые издевки Мары, но не из-за неспособности их распознать, а просто потому, что ему было неинтересно плавать в ее скользких манипуляциях.

– Зачем ты сюда пришел, Пи’? Мне любопытно, – обычно Мара не спрашивала так прямо, выуживая информацию более увлекательным для нее способом.

– Потому что считаю, что теперь это касается и меня. Случайно или нет, но мы пережили это вместе с Мином. А еще ты – не единственный любопытный человек, Нонг’. Хочу знать, что стоит за вашими странными играми. И если двух предыдущих причин мало, вот тебе третья – моя жизнь скучна: учеба, практика, подработки; так что это отличный способ разбавить привычные будни.

Признаться, Мина удивили эти слова. Про обыденный график жизни Лайта он знал, однако факт, что того съедали чувства, которые руководили такими, как он и Мара – скука и любопытство – несколько поразил его.

Изначально Мин считал Лайта идеальной версией сына, которого бы хотел иметь его отец. А сейчас оказывалось, что Лайту не чуждо то же самое, что и ему, но это не мешало парню оставаться тем, кем тот был. И кем не был он.