Говоря это, Мара разливала его любимый виски по стаканам. Они выпили все одним глотком, даже не скривившись от горечи, а смакуя ту на кончике языка. Иногда горечь может быть приятной.

– За мной могут установить слежку, если не уже.

– Да, я тоже об этом подумала, – серьезно кивнув, согласилась подруга. – Не светись особо и не встречайся ни с кем без крайней нужды. Я же сделаю все, чтобы Напат не смог откупиться от обвинений.

– Меня беспокоит Лайт, – прежде чем Мин смог раздавить эту мысль, подобно назойливой букашке, она уже вылетела словами.

– Вы снова общаетесь?

– Все сложно. – Сейчас было неподходящее время рассказывать всю историю. Мин не поведал подруге о шокирующей тайне Лайта.Он никому не поведал о ней. И теперь, зная о состоянии докторишки, боялся, что тот вновь пострадает по его вине. – Его уже один раз похищали из-за меня. Не хочу повторения. Или еще чего хуже.

– Какой ты милый, я не могу. – Мара прижалась к спинке кожаного кресла и сделала на нем один оборот, прежде чем снова встретилась с ним взглядом. – Он все равно уже знает о Нане, расскажи ему. Не строй из себя типичного киношного героя, который молчит обо всем, а в финале гордо погибает во имя любви. Это так дешево и тупо! И вообще, глядя на сложившуюся ситуацию, думаю, даже хорошо, что у вас ничего не вышло. – Подруга подразумевала, что теперь у Лайта гораздо больше шансов не пострадать.

После окончания разговора Мин вышел из бара и последовал обратно к машине. Он старался не слишком оглядываться по сторонам, но все же шагал медленно и якобы рассеянным взглядом рассматривал местность. И в который раз пожалел, что не курит. Курение – удобное оправданием для необходимых пауз.

Он не спешил выезжать с парковки, когда сел в салон, а уже более пристально осматривал прохожих и ближайшие автомобили. Долго так продолжаться не может. Неизвестность раскаляла обыденность до состояния тлеющих угольков, и теперь они будто опаляли, соприкасаясь не только с ним, но и причиняя вред его окружению.

В руке был зажат телефон, и Мин открыл список контактов. Среди них он тут же увидел имя, которое, как маячок, регулярно мигало в мыслях. Мара права: Лайт невольно стал частью истории с Наной, поэтому предупредить того о новой возможной опасности будет разумно. Тем не менее Мин медлил… не мог притвориться, что не слышит в голове тихий шепот: «От тебя одни неприятности». Если он все расскажет, это еще больше отдалит от него Лайта.

В Шанхае Мин врал себе, что готов вычеркнуть парня из жизни так же стремительно, как тот в нее попал. Какой жалкий самообман! Лайт был ему нужен. Даже поврежденным. Ведь он и сам полон разломов, трещин, кровоподтеков, пусть все они не на теле, а на душе.