Ноги не держали, слишком устал, все тело было тяжелым будто залито свинцом. Тварь приближалась, на рассеянии в пять метров, замерла разглядывая меня любопытным и неожиданно спокойными человеческими глазами. После они подернулись дымкой, и я обнаружил себя в пустыне, на пятачке желтого песка. Вокруг стояла необоримая жара, влажность, и целый океан зеленой растительности, самого сердца амазонки, звуки животных, птиц, рыки хищников, и плач добычи. Но я этого не замечал, с замиранием сердца наблюдал, как меня окружает живой ковер, из сотен тысяч кроваво-красных муравьев, единой волной двигались ко мне, отрезая все пути к отступлению. Разумом завладел ступор безумного страха, больше всего в жизни ненавидел маленьких хищных насекомых, особенно, голодных муравьев. Мелкие твари даруют своей жертве страшную мучительную смерть.
Муравьи мгновенно покрыли собой ботинки, штаны, доползли до груди, оказавшись на оголенных участках кожи, мгновенно начинали вгрызаться острыми жвалами, я заорал, приходя в себя. Но уже было поздно, рухнул на землю, раздавливая сотни из них своим весом, их было много, тысячи, каждый из них болезненно отрывал кусочки плоти от моего тела. Остервенело катался по земле пытаясь давить их, руками, ногами, спиной, но вскоре паника и муравьи, захлестнули меня полностью. Буквально каждого из них, старался оторвать со своего лица вместе с кожей, они мешали дышать, смотреть, слышать, грубо, с бесконечной настырностью, пытались пролезть в любую щель, и уже там откусить очередной кусочек мяса. Рычал, срывая муравьев с головы, лица, им не было конца. Нет, только не так, я не хочу так умереть, это не честно, нет, спасите меня.
Оглушительный взрыв, что-то с силой ударило по ногам, лицо болело было горячим и кажется по нему струилась кровь. Лежа на спине, смотрел в одиноко проплывающие серые облака. В голове не было ни единой мысли, только бесконечное опустошение.
Зачем все это? Зачем бороться, стремиться, стараться, ради чего, чтобы ты валялся избитым в ожидании, когда тебя сожрут полчища мелких уродов, или зомби? Я не знал ответа на этот вопрос, сколько не заглядывал в себя, не видел выхода. Прохладный асфальт, залитый свежей кровью, все равно был асфальтом, прочным, твердым, его не волнуют проблемы, он создан чтобы их пережить, справляться со всеми испытаниями в меру своих сил. Камни, горы, скалы, одни эти названия уже внушают уверенность прочность и трепет всем, кто не может быть похожим на них. Твердость, прочность в любом из своих их проявлений и действий. Возможность быть похожим на камень мыслить, как он, а не лежать здесь, распускать сопли после пережитого, жалея себя за то, что смог выдержать очередной жизненный кризис. Это неправильный путь, жалости, слабости, самобичевания, было чертовски стыдно, что я дошел до такого, испытав эти эмоции, вместо того чтобы подняться и вновь идти лицом вперед, уверенно смотря в глаза своим врагам.