— Что это? — Спросил Илья.
— Знак биологической опасности. — Ответила Софья. — Контейнер лучше не трогать. Надо посмотреть, что это за документация.
Я взял первую папку сверху. Она была очень толстой. Открыл её. Там находились журналы. Открыл первый журнал. Посмотрел, потом протянул его Софье.
— Первая запись сделана 26 марта прошлого года. Когда началась пандемия?
— В ноябре ВОЗ объявил режим эпидемии. — Ответила Софья. Ольга с Еленой кивнули. — В декабре уже режим глобальной пандемии. У нас болезнь из-за наступившей зимы притормозилась, но не сильно. Январь и февраль ещё как-то пытались сдержать распространение болезни. Правда не удачно. Там, где было тепло болезнь уже во всю свирепствовала. Там начался обвал органов управления, воцарилась анархия. У нас это началось в марте- начале апреля. К середине мая и у нас уже всё было кончено. Африка, Азия Обе Америки уже всё. В апреле полностью обрушился интернет. Исчезло телевидение. Вся человеческая цивилизация была уничтожена за 7–8 месяцев. Выжили те, кто имел природный иммунитет. То есть мы с вами.
— А судя по этим записям, я правильно угадал, опыты с вирусом, на основе которого сделали вакцину от СПИДа велись как минимум за полгода до начала эпидемии.
— Они велись ещё раньше. Пробовали разные варианты на протяжении длительного времени. А вот с этим вирусом, на сколько я в курсе, работа была начата года полтора назад. — Софья просматривала журнал. — Здесь работа велась с мутировавшим вирусом. Так, давайте всю документацию сюда, к нам в госпиталь. У меня там есть аппаратура. Сначала ознакомимся с девочками со всеми этими бумагами. Уверена здесь сказано, что в контейнере. Контейнер не вскрывать. Его лучше поместить в надёжное место, где до него никто не доберётся.
— Может его вообще сжечь? — Предложил Алексей. — Не сам контейнер, а то, что внутри. От греха подальше.
— Ни в коем случае! — Вскинулась Софья. — Ты с ума сошёл, Алексей? Здесь может находиться ключ как к самой болезни, так и к тому, почему вирус воздействовал на некоторых людей именно таким образом, что началась генетическая мутация. Как, например, у Люси. Я сколько времени пытаюсь в этом разобраться. Но у меня мало исходных данных. А здесь… — Она замолчала, прижав журнал к груди.
— Никто ничего сжигать пока не будет. — Сказал я. — Я согласен с Софьей. Контейнер оставим в ящике. Ящик унесём обратно в броневагон. Георгич, нужен замок. А все бумаги и документы женщины заберут к себе. Пусть разбираются.
— Марк, Софья. Но я всего лишь хирург и то недоучившийся. Как я смогу помочь в этом деле?