Выйдя наконец из прострации, та посмотрела на меня изумлённо и поинтересовалась:
— В тебя что, моя, «Крунг» вселился, что ли⁈ «Крунг» на кайровском был чем-то наподобие беса или подобной ему нечистой силы.
— Это она про меня! — заметил самодовольно вылезший опять наружу «Ликс» и дал опять очередной совет:
— Скажи ей, балбес, что-нибудь приятное, они это любят!
— Я же тебе сказал милая, я по тебе очень соскучился! — нашёлся я, и обхватив ладонями её лицо, начал жадно целовать её в губы.
Оттолкнув меня легонько от себя, та ласково и чуть испуганно заметила:
— Всё, на сегодня хватит, сейчас Лайна с детьми должна уже подойти. Так что давай одевайся скорей, не хватало ещё чтобы они увидели чем твоя тут с их мамой занимается!
Про себя же она подумала: «Совсем, видимо, наверное, оголодал без меня бедный, ну ничего, будет знать, как от меня по своим девицам бегать»! Хейна хоть и обижалась на меня за то, что я в последнее время редко её навещал, но совсем не испытывала никакой ревности к моим другим подружкам. Так как считала всех наших женщин просто низшими существами в интимном и физиологическом плане по отношению к себе и другим подобным ей кайрам. Которые были по своей сути и самой природе энергетически сексуальными вампирами. То есть могли вытворять такие вещи от которых у представителей сильного пола просто глаза на лоб лезли.
После чего я тут же бросился натягивать на себя спешно штаны под хохот объявившегося опять в голове «Ликса». И как нельзя вовремя, так как через какую-то минуту из прихожей послышался характерный звук открываемого замка в двери, и в комнату с радостным визгом ворвались двое моих охламонов. Точнее, охламон был один — второй была настоящая валькирия. Увидев мою физиономию, они тут же с криком «папочка» набросились на меня с требованием показать, что я им купил на этот раз…
Первое, что я сделал, когда вышел от Хейны, это отправился в дом Фреи, благо у меня остались от него ключи. Просто мне показалось, что надо обязательно туда зайти, не могла же она просто так уехать, не оставив мне какого-нибудь по этому поводу прощального сообщения. В комнатах, к моему удивлению, не было ни малейшего признака беспорядка, когда люди собираются покинуть свой дом в спешке. Значит, она уже заранее подготовилась к отъезду. Пока я бродил по комнатам, отсутствие в нём хозяйки и безжизненная звенящая тишина подействовали на меня угнетающе, я словно надеялся, что вот-вот раздастся её ехидный ироничный голос и скажет: «Ну что, мой милый, допрыгался!». Пройдя на кухню, я сел на стул и отстранённо взглянул на стоящую на столе бутылку с налитым целым бокалом водки и явно написанной ей для меня запиской под ним. Взяв её в руки, я начал с тяжёлым сердцем читать то, что хотела она мне сказать.