Среди прохожих выделялись двухметровые широкоплечие мужики: те, кто польстился на быстрое усиление. Хватало девчонок, глядя на которых, я четко осознал, насколько мне не хватает общения: каждая девушка или женщина, на которую я пялился через подзорную трубу, казалась как минимум симпатичной. Хотелось поболтать с любой симпатяжкой, приобнять, угостить, уложить.

Надо бы поскорее пообщаться с девушками на базе. Не хватало только проснуться под испачканным одеялом.

Спустя полчаса наблюдения я уже выучил расположение лавок, которые рассмотрел сквозь трубу. Здесь даже банк был, если я правильно определил назначение здания со стопкой монет на вывеске, но за все время наблюдения в здание никто не зашел, да и заколоченная дверь намекала, что банк пока не работает.

Причалил и выставил ментальный удар на треть силы, чтобы заряда хватило первым трем людям. Там уже подключатся пауки.

Из всех соседей по пристани увидел заросшего двухметрового бородача. Бородач кивнул мне, я кивнул ему. Но вот то, что он сказал следом, убило мою доброжелательность.

— Надеюсь, проблем не будет, — гулко прогудел бородатый.

— Если не полезешь грабить мой остров, пока я буду шататься по городу, то не будет.

На это мужик не ответил и в лице не изменился, будто не услышал меня.

Вдоль дорожки росли фруктовые деревья. Я сорвал фиолетовый плод, похожий на яблоко, и засунул в карман — разгляжу через трубу, когда вернусь. Жрать незнакомое — глупо. Вполне возможно, что Серж свой остров так и увеличивает — жадный до чужого добра человек умирает в корчах, а его остров разрушается, чтобы диаметр хаба Сержа подрос еще на метр — другой.

Ощущения, будто меня ведут и готовятся напасть, не возникало. Я спокойно прошел по улице, повернул на перекрестке, столкнулся взглядами с каким-то пропитым бродягой, сидящим у стены. Во взгляде мужика было вселенское равнодушие.а

На моих глазах случилась уже третья драка. Не знаю, чем зацепились два мечника: здоровяк и мелкий юркий цыган, но когда я шагал по улице, они уже были изрядно взвинчены.

— … если тебе так нравится хвастаться перед бабами, хвастайся! — Ревел здоровяк. — Но мне ты не заливай, понял⁈ Эту тварь такие мелкие доходяги, как ты, только втроем бить и способны! Я не верю, что ты завалил ее один!

— Заливать тебе жена в кружку будет. Ты меня вруном не называй, понял?

— А то что⁈ — Грохотал здоровяк, нависая над цыганом. — А то что, а⁈

— Давай-ка решим вопрос по-нормальному, а не криками, — коснулся рукояти меча мужчина.

Громила сразу успокоился, но не отступил.

— А давай. До первой крови! Не хочу платить за твое убийство в хабе и потом ходить и оглядываться в реальном мире.