«Изначальная Демонесса» Чик перевела взгляд с далекой алой луны и с улыбкой сказала Люмиану и «0—17»:
«Времени осталось немного, пора браться за вас.»
Пока Она говорила, прекрасный лик «0—17» подернулся тенью, словно погружаясь в глубокую, безмолвную тьму.
Это означало, что нисхождение «Богини Вечной Ночи» подходит к концу.
Это происходило как из-за необходимости удерживать барьер, так и потому, что у «0—17», как у ангела, время, в течение которого его тело и душа могли выдерживать нисхождение бога, было ограничено.
…………
В глубинах зеркального мира, на одном из полей боя.
«Белая Демонесса» Катарина сразу после того, как поле боя вновь пришло в состояние баланса, первым делом задействовала кольцо «Ужас Любви» на среднем пальце левой руки.
Прозрачные шипы на стеклянном ободке кольца внезапно явили мягкую иллюзию.
Кожа этой «Нестареющей Демонессы» вслед за тем утратила достаточный глянец, но всё же сохранила некоторую его часть, а её глаза, нос, губы и другие черты приобрели признаки превращения в куклу.
Она превратилась в невероятно красивую и изысканную куклу, и её аура идеально ей соответствовала.
В глазах господина «Луны» Эмлина это выглядело исполненным очарования.
Будь он в нормальном состоянии, он бы остановился полюбоваться, не решаясь разрушить эту красоту, но сейчас на нем была накинута алая, словно сотканная из крови мантия.
Это позволяло злобе в его сердце чрезвычайно легко вспыхивать, нейтрализуя ту одержимость и сливаясь с ней воедино.
Вопреки ожиданиям «Белой Демонессы» Катарины, господин «Луна» Эмлин обратился в подобный крови лунный свет и с сильной жаждой обладания устремился к ней, вместо того чтобы застыть в очаровании или выказывать желание уберечь её.
Катарина инстинктивно заставила серо-белый цвет расползаться от своей левой руки, устремляясь к той густой, точно кровь, полосе лунного света.
Почти одновременно у нее в ушах раздался несказанный бред, словно затаившиеся в глубине ее души злые эмоции и желания запели в один голос.
Ее волосы от этого взвились, сделались толстыми и скользкими, готовые вот-вот прорасти четко очерченными глазными яблоками.
У нее проявились признаки утраты укрощения.
Из ее ноздрей, ушей, рта и глаз хлынула алая кровь, сердце едва не перестало биться, а вся кровь в теле, казалось, пылала.
Хруст!
Катарина разлетелась на куски — пассивно сработал «Зеркальный заменитель».
Хлынувший кровянистый лунный свет окрасился серо-белым и быстро окаменел, однако там, куда воздействие еще не добралось, кровь и свет внезапно сжались, заново сгустившись в господина «Луну» Эмлина, облаченного в алую мантию и расправившего летучие крылья.