Глава 1119 Кошмар
Трир, Рыночный округ Честного Человека.
Похожий на учёного Лион стоял в передней части гостиной и с величественным и строгим выражением лица произносил проповедь перед членами общины.
Он уже съехал из гостиницы «Золотой Петух», поскольку масштабы культа становились всё больше.
Хотя официальные власти Рыночного округа Честного Человека, казалось, сквозь пальцы смотрели на его тайную проповедь веры в иного бога, Лион считал, что следует проявлять осторожность и не поднимать шума.
Если бы части благочестивых и фанатичных последователей «Вечного Пылающего Солнца» или «Бога Пара и Машин» из Рыночного округа стало известно о Секте Болезней и они каждый день ходили бы в церковь с доносами и протестами, обоим официальным церквям, даже без особого желания, пришлось бы вмешаться!
К тому же с увеличением числа примкнувших к нему верующих Лиону и вправду потребовалось временное жилище, выполняющее роль подземной церкви.
Завершив проповедь, Лион поднял обе руки, сделав движение, будто отталкивает что-то от себя, и его голос внезапно взмыл вверх:
'Хвала Вам, близкому Короля Жёлтого и Чёрного, жрецу апокалипсиса и войны, многоликому покорителю всего сущего, истинному Богу болезней!
«Хвала Вам, Древней, превзошедшей эпохи, Неувядаемо-юной, вестнице болезней и чумы, даме, сеющей боль и отчаяние, покровительнице человеческого духа авантюризма, спутнице великого Бога болезней!»
Собравшиеся в гостиной верующие повторили то же движение, произнеся финальные хвалебные слова ритуала.
Слушая эхо их голосов, Лион вдруг почувствовал лёгкое замешательство.
На самом деле он не совсем понимал, почему Почетные имена обоих божеств раз за разом меняются. Особенно у великого «Бога чумы» — его Почетное имя переписывалось уже несколько раз, почти не сохранив сходства с первоначальным описанием. При этом он вернул себе титул «Бога болезней», а «Бог болезней» стала его спутницей и королевой.
Лион когда-то спрашивал об этом Его Святейшество Папу, и тот ответил, что это символизирует повышение статуса и авторитета «Бога чумы».
Когда прославление завершилось, Лион жестом указал помогавшему ему священнику раздать причастие.
Причастие состояло из одного напитка и одного блюда:
На выбор предлагались абсент, красное вино или остывшая кипячёная вода; а из еды — картофельное пюре или мясная лепёшка.
Видя, как паства с искренним удовлетворением вкушает причастие, Лион от всего сердца почувствовал, что его труды за этот почти прошедший год не пропали даром, испытав глубокое чувство свершения.
Во второй половине дня он покинул жилище и направился к церкви Святого Роберса на Рыночном проспекте.