— Ну что, господа хорошие, — пророкотал Игнат Альбертович, исподлобья осматривая каждого, кто принимал участие в подготовке к судебному разбирательству, — обосрались вы по полной, а⁈

Ответом ему было виноватое молчание.

— Че притихли, папуасы, млять⁈ Кто проморгал этого колдуна, я спрашиваю⁈

— Медиума…

— Да мне похер, хоть волшебника изумрудного города! — проревел Штырев, яростно долбя кулаком по столешнице. — Кто информацию собирал⁈

— Кхм… я аналитиков не привлекал, Игнат Альбертович, — подал голос Борис, из-за которого и заварилась вся эта каша, — я сразу к юристам, как вы и сказали…

— Ты что, рыло свиное, — зарычал Штырь, переключив свой гнев на Дерзюка — хочешь сказать, что это я виноват в том, что вы не сумели распознать известного на всю Москву шалопая⁈

— Ни в коем случае, босс! — Боря замотал головой так активно, что аж щеки затрепыхались. — Просто… просто вы сами сказали, что он, наверное, чей-то Козырь, вот мы и пошли на разведку боем, чтобы посмотреть, кто вместе с ним высунется, типа…

— В какую разведку, твою мать, а⁈ Разведчики, мля! — преступный лидер явно не собирался успокаиваться в ближайшее время. — Ты интернет вообще открывал? Там уже на второй день разведку провели! Какой-то сраный экстрасенс…

— Медиум…

— МОЛЧАТЬ!!!

Штырь стукнул по столу с такой силой, что тяжеленный цельнодеревянный предмет интерьера ощутимо вздрогнул.

«Так, ладно. Нужно успокоиться», — подумал Штырев, потирая отшибленную руку. Он сам виноват, что пустил эту ситуацию на самотек. Не нужно было надеяться на сообразительность своих подчиненных, что они быстро сориентируются в ситуации, поймут, что имеют дело с раскрученным писаками фраером, а не фартовым стремнягой. Вот был бы он из «своих», дело прошло б тихо и мирно, а не под прицелами десятков камер, и даже такой же разгромный проигрыш был бы лишь щелчком по носу, а не позором на всю Москву. Но вышло именно так, как вышло…

Штырев еще с полчасика для проформы поорал на облажавшуюся братву, которая сейчас выглядела больше похожей на кучку нашкодивших мальчишек, чем на матерых бандитов. Под конец даже швырнул тяжелой мраморной пепельницей в башку одному умнику, который не вовремя решил раскрыть свой хавальник. Метким и резким броском Штырь умудрился попасть ему прямо в лобешник, оставив глубокую сечку до самой кости. Крупные, размером со спелую черешню, капли крови, попали на белоснежный ковер кабинета, что еще больше испортило настроение авторитета.

Отправив всю незадачливую пятерку с попачканным ковром в химчистку, пока он их не перебил тут всех нахрен, Игнат Альбертович нажал кнопку селектора.