Немного опешившая от моего напора, девушка тем не менее не стала обижаться, а напротив, уловив серьезность моих намерений, попыталась собраться с мыслями.

— Позавчера был. Точно. В среду. Я по нечетным дням работаю, и он всегда на мою смену выпадает. Только в воскресенье ни разу еще не видела.

— А время?

— Всегда по-разному. В среду чаще всего с утра, а иногда под самый вечер притаскивается…

— Значит, сегодня он тоже будет?

— Да откуда я знаю, — не выдержала собеседница моих настойчивых расспросов, — что ты меня так пытаешь про него⁈

— Ладно, забыли. Спасибо за помощь.

Я развернулся и направился к выходу, пропуская мимо ушей попытки Алины меня окликнуть. Извини, красавица, но пока не до тебя. Меня ждет одно очень грязное дельце.

* * *

Борис сегодня приехал на тренировку поздно. На самом деле, он даже и ехать-то особо не хотел, Штырь так лютует после исчезновения Вагона и этого сраного Секирина, что просто невозможно терпеть… уже и в хвост, и в гриву заколебал, аж спасу нет. Все пацаны волком воют, ни днем, ни ночью никакого покоя, а босс все никак не успокаивается.

Подумать только! Он ведь был уже у них в руках! Боря уже представлял, как будет ему зажигалкой уши подпаливать, и как этот ублюдок будет тоненько верещать. Но, господи, как же не вовремя у Альбертыча начало шалить сердце!

Что произошло в тот вечер на самом деле, когда они с Чижом повезли Штыря в больницу, так и остается большой загадкой. Но вот уже вторые сутки ни о Вагоне, ни об их пленнике нет ни слуху ни духу. А Штырева ничего не волнует, он наседает и требует найти, хоть из-под земли достать. А где ты этого фокусника искать будешь, в десятимиллионном-то муравейнике? А если Вагон, и правда, его кокнул и свалил в закат, что тогда делать? Сплошная засада кругом…

Но, несмотря на все невзгоды, что обрушил на Борю главарь, Дерзюк не пропускал ни одной своей тренировки. Поражение от какого-то клоуна-петрушки из телевизора сильно ударило по его самолюбию, и теперь он занимался с такой отдачей и самозабвенностью, с какой никогда еще не готовился ни к одной «Бойне». Вот и сейчас, отработав на снарядах до болей в суставах, он вышел из спортклуба, небрежно швырнув шкуре, сидящей за стойкой, ключ от шкафчика.

Сняв свой автомобиль с сигнализации, Боря на секунду задумался над тем, а не заехать ли к знакомым путанам, немного поразвлечься да сбросить накопившееся напряжение, но все же отмел эту мысль. Сил оставалось только на то, чтоб доехать до берлоги и завалиться спать, это единственная постельная утеха, которая ему была нужна сейчас. Завтрашний день обещал быть не легче сегодняшнего, а то еще и хуже.