— Удобства за домом через чёрный ход. Бросай вещи и покажу. Мыльня уже прогрета, так что, эстера, вы сможете смыть с себя пот и кровь, видимо, ваш путь не был лёгок. Пёс ранен хоть и бодр, вы кровью уляпаны.

— Всё так, — согласилась Лина, а потом всё же рискнула и поинтересовалась, — я очень из далеких краёв, а что значит «эстера»?

— О, прошу прощения, — слегка смутился слуга. — Это значит — дева-воительница. Есть такой народ, далеко на западе. Так вот, там правят женщины-воины, они нередко идут служить телохранительницами к знатным людям и монархам, и берут за это много золота. И так продолжается уже сотни лет. И теперь эстерами титулуют всех женщин-телохранительниц. Правда, на западе, если вы не относитесь к народу Эстер, но назоветесь так, вам бросят вызов настоящие эстеры, и убьют самозванку, если вы, конечно, не выстоите против них в поединке. Но это всё очень далеко, сомнительно, что вы окажетесь в тех местах, это месяцы пути.

— Понятно, спасибо за объяснение, — слегка склонила голову Лина. — А теперь покажите мыльню, а то пока рубилась, немного запачкалась.

— С кем, если не секрет? — впервые отринув чопорность и проявив вполне себе человеческое любопытство, спросил слуга, который так и не представился.

— Не секрет, — устало улыбнулась Лина. — Проклятые в Зильтраге. Но я тебе этого не говорила. Думаю, уже завтра об этом будут судачить все, ну или послезавтра, а пока рот на замок.

Мужчина вздрогнул и с недоверием уставился на девушку.

— Проклятые в городе! О боги, куда катится мир? Ладно, эстера, пойдёмте, вам и, правда, нужно привести себя в порядок. Вы сегодня госпоже точно не понадобитесь, так что, у вас будет время отдохнуть. Как мне вас называть?

— Заноза, — ответила Лина, сбросив рюкзак на кровать. — Хим, ты со мной?

Химерик зевнул и улёгся на полу, вытянувшись вдоль стены и положив морду на лапы.

Белова кивнула и вышла из комнаты.

— Я Хиор, — представился в свою очередь слуга и повёл её обратно по коридору.

— Это не баня, — расстроенно вздохнув, прокомментировала Лина, больше это было похоже на турецкий хамам.

Тускло освещённая каменная коробка с деревянной бадьей и натопленной каменкой, с потолка срывались холодные капли, ни тебе запаха дерева, ни веников. Мочалка, жидкое мыло — вот и всё, чтобы привести себя в порядок. Лина ещё раз вздохнула и, зачерпнув ковшом горячей воды, плеснула её на камни, все вокруг тут же заволокло слегка обжигающим паром. А вообще, было прохладно, попариться тут не выйдет, только сполоснуться. Но несколько минут Лина позволила полежать на деревянной лавке, давая телу долгожданный отдых. Хоть это не полноценная баня, но через двадцать минут девушка почувствовала, что её отпускает напряжение последних дней. А ещё пришла тоска, ей очень захотелось, чтобы Егор оказался сейчас рядом, зашёл со спины, обнял за талию, поцеловал в шею… Лина прикрыла глаза, вспоминая последние минуты в пятой башне, залитый кровью пол, обрубок правой руки, которую он сжимал в левой, прожжённый черный комбинезон, стиснутые зубы, искаженное от боли лицо…