- Не стоит кривляться, Аврора, – раздался строгий мужской голос. – Тебя это не красит.
- Михаэль! – подбежала к мужчине, прижимаясь к его груди. – Ну что?! Что тебе сказала аббатиса?
- Позволила нам остаться здесь, – погладил Аврору по макушке, словно котёнка. - Мы с Рене заночуем в гостевом доме, а Мария у тебя.
- Как здорово, Мария, Можно будет поговорить и посплетничать как настоящие подруги.
- Не стоит питать надежд, – усмехнулся Михаэль, не в силах представить, чтобы его госпожа была способна на нечто подобное. - Мария не из тех девушек, которые любят говорить об украшениях, туфлях, лентах и прочих деталях женского гардероба. С ней речь можно вести разве что об оружии, да о проклятьях.
- Ну что ты, не говори так, – насупилась Аврора. - Девушка всегда девушка! Пора бы тебе как следует это запомнить, Михаэль. Верно, Мария?
Ничего не ответив, она только и могла, что выдавить из себя неуверенную улыбку, уже и не помня, когда в последний раз имела дело со своими ровесницами.
- Пойдёмте, - позвал их за собой Михаэль. – Нечего стоять тут у всех на виду.
Зайдя в дом, который мало чем отличался от любой деревенской хибары, Аврора тут же, запрыгнула на кровать, будто любопытная кошка, заглядывая Михаэлю в сумку.
- Держи, - протянул он ей увесистую бутылочку с какой-то жидкостью и пару красиво завёрнутых бумажных свертков.
Ничего не сказав, девушка тут же развязала узел бечевки, разворачивая бумагу:
- Что это?
- Сладости. Это щербет, а это набат, - указал на продолговатые кристаллы напоминающие янтарь. – Только не налегай. Иначе зубы испортишь.
- Спасибо тебе огромное! Обещаю, что не буду, есть много, - достала одну сладость, протягивая Рене. – Держи. Это вкусно.
- Спасибо, - улыбнулся мальчишка, готовый есть из её рук всё что угодно.
- А ты, Мария, хочешь?
- Нет. Я такое не люблю.
- Точно? Мне не жалко, - взяла в рот небольшой медовый кусочек, начиная его неторопливо рассасывая.
- Точно. Не переживай, я не страдаю излишней скромностью.
- Это ещё не всё, - улыбнулся Авроре демон, доставая из-за пазухи резной гребень из слоновой кости.
- О, Михаэль... – умилённо посмотрела на красивую резную птичку, сидящую среди распустившихся розовых бутонов.
- Нравится?
- Безумно! Он прекрасен...
- Ну, ты ведь знаешь, как я люблю твои волосы, - провёл длинными пальцами по вьющимся прядям, перебирая их будто струны арфы. – Такая красота достойна самого лучшего.
- Спасибо, - подтянулась к нему, целуя колючую щеку. – Лучшего подарка я бы и пожелать не смогла.
Не зная, что и думать, наблюдая за этими двумя, Мария только и смогла, что неслышно открыть рот, совершенно не находя слов.