Тело стремительно пошло в низ, а мою макушку обожгла дикая боль. Удар кулаком, закованным в металл, прошёл вскользь, рассекая мне голову, но я устоял на ногах и, скрутившись, воткнул кинжал дракона врагу в ногу между латами.

Раздался треск выбитого электрошока, однако полководец даже не дёрнулся. Вмиг молниеносным движением обрушив на меня сверху два кулака.

От удара меня вдавило в сырую землю, выбивая воздух из лёгких, а шкала жизни просела наполовину. Однако на земле я не остался. Схватив меня за лохмотья, которые остались после нескольких боёв от кофты, полководец поднял меня над собой, забрызгивая при этом свои доспехи моей кровью.

Я, изо всех сил поджав к себе ноги, врезал ими в грудь врага, но добился этим лишь того, что он запустил меня в полёт, отшвырнув, словно я был тряпичной куклой.

Подобно скоростному болиду, я пронёсся мимо восстающих марионеток, и влетел в каменную стену старинного храма.

Сознанье померкло, а когда я пришёл в себя, кровь струилась по лицу из рассечённой раны на голове, закрывая взор, а шкала жизни опустилась на минимальную отметку, грозя мне скорой смертью.

Пытаясь встать, я наблюдал, как высокий воин в белых окровавленных доспехах поднял за шею Барона и, сжав хватку, переломил ему шею.

Маны больше не было, как и сил даже ровно подняться на ноги, а на меня надвигался некогда крылатый воин, о крыльях которого напоминали давно зажившие обрубки, торчащие из прорезей на броне со спины.

Я пытался встать, рыча и сжимая зубы. Ненависть и ярость заполняли мой разум, а вокруг меня стала клубиться тёмно-синее марево.

Рывком, встав прямо, я видел, как мои марионетки тускло сверкали бледно золотым свечением, и даже после уничтожения не переносились обратно в своё хранилище, а мёртвыми телами лежали на земле.

— Походу не судьба мне вернуться. — Отхаркнул я кровяной комок, и призвал кинжалы.

Ведомый обречённой яростью, я хотел рвануть, как думалось в последнюю атаку на врага, не желая умирать без боя.

Мои ноги сорвались с места ровно в тот момент, когда полководец вскинул свой меч вверх, а его лезвие вспыхнуло ярким пламенем.

Росчерк огненного оружия за мгновение погрузил всё в радиусе пятисот метров в бушующий ревущий огненный ковёр.

Очутившись в эпицентре бушующей стихии, я упал на колени, крича от всепоглощающей боли.

Энергия, которая окутывала моё тело, встав стеной на пути сжигающего всё на своём пути огня, не давая мне загореться, но это не уменьшало диких мук и вот-вот скорого начала тления кожи.

— Рыцарь проклятого замка уничтожен пламенем изгоняющим скверну. — Ворвался в мои уши системный голос, словно через помехи.