— О, Пахан, уже вернулся⁈ Как переговоры со старым козлом? И чего ты на дороге сидишь?

— И что это у тебя из боков торчит?

Я поднял глаза, уставившись на вышедших из ресторана Пофига и Каляна. Я протянул им руку, пытаясь встать, но грудь резануло так, будто туда расплавленного свинца налили. В протянутой ко мне руке Каляна откуда не возьмись появился двуручный топор. Глаза его испугано расширились, короткий взмах и моя голова катится по булыжной мостовой. Последним изображением в угасающем сознании было — мое обезглавленное тело, из разорванной грудной клетки которого выбираются черные паучки с красными черепами на спинах, а затем все затопило море огня…

Странное это зрелище — смотреть как твой труп сжигают твои «типа» друзья. Мне удалось за этим понаблюдать, а так же, как размахивающий топором Калян гоняется за расползающимися во все стороны пауками, а подпрыгивающий от них Пофиг поливает их огнем, не забывая накрывать и мое начавшее исчезать тело потоками пламени.

— Ну, что, повеселились? — злобным шёпотом спросил я их на ушко, тихо подобравшись сзади.

На мой невинный вопрос оба отреагировали одинаково, с матюками отпрыгнув от меня, разворачиваясь в воздухе и нацеливая на меня оружие.

— Только попробуй в меня хотя бы солнечным зайчиком запустить, заставлю вот этот шар сожрать! — Пообещал я Пофигу.

С Каляном я даже говорить не стал, просто бросил на него свой самый убийственный взгляд и прошел мимо.

Вышеупомянутый хрустальный шар, сныканный мной у Архимага, во время падения башни, совершив короткую дугу удачно попал в Пофигу солнечное сплетение, заставив его согнуться и судорожно охнуть.

— Вот еще перо и столик, на котором все это стояло. Больше свиснуть оттуда ничего не успел. Определите, что это такое, и подумайте, как это может нам пригодиться. Я пошел спать, если меня хоть кто-то попытается разбудить — пеняйте потом на себя.

И действительно, солнце еще только вставало, а я уже столько пережил, что мне этого на неделю хватит. Сейчас глотну горячего шоколада и на боковую.

Шоколадом удалось разжиться без труда, заодно свиснув у МарьИвановны тарелку с разнообразными бутерами. Я не стал забуриваться в отдельную кабинку, усевшись за ближайшим столом, глядя как официантки разносят еду первым ранним посетителям.

— Пахан, — входная дверь открылась, и в нее заглянул Калян, — Тут к тебе сама хозяйка борделя пришла, мадам Марго. Калян исчез, пропуская стройную фигурку мадам вперед, а я застыл, не донеся бутерброд до рта. Затем отмер, схватил тяжеленный табурет, и со всей силы швырнул его в сторону двери. Нет, меня не поразил вид владелицы борделя, она не превратилась в огнедышащего демона, просто за секунду до ее появления, будто из неоткуда появился давешний эльфенок и решительно поджав губы направился ко мне, но стоило Каляну представить гостью, как его решительность растаяла, как ледники на северном полюсе, и он метнулся к двери. Бежал он не долго, ракета: земля-воздух-задница, пролетев в десяти сантиметрах от головы мадам Марго, успешно преодолела разделявшую нас дистанцию, швырнув ушастого шпиона на пол.