Конечно, не всегда получается двигаться так быстро. Ледяные торосы, полыньи, да и встречающиеся время от времени открытые участки воды, покрытые паковым льдом, заставляют нас искать обходные пути, и даже иногда выходить на берег и ледник. Но всё равно, по сравнению с тем самым злополучным первым выходом, мы ставим рекорды скорости и дальности походов. За день, правда, когда мы возвращаемся налегке и по уже разведанной дороге, нам иногда удается проходить даже больше сорока километров!

Сейчас у нас второй, самый сложный отрезок пути. Несколько дней назад мы миновали прибрежный гурий из камней, который обозначал наш первый склад. До него мы шли по уже проложенному маршруту, пользуясь готовыми иглу для ночлега, что сильно экономило силы как людей, так и собак. А сейчас перед нами снова неизведанная местность, куда ещё не ступала нога человека.

Вообще идея с иглу в основном себя оправдала, хотя были и не предвиденные ситуации. В середине пути до первого склада, мы нарвались на поле торосов, посреди которых и должна была стоять снежная избушка, сделанная нами в прошлый раз. Да и лёд на этом месте раньше был ровным как стол. Каково же было наше удивление, когда, выйдя из-за уступа сползающего ледника в очередной залив, мы увидели вместо ровной поверхности нагромождение ледяных глыб, которые образовались при сжатии ледяного покрова. Ледяной, непроходимый лабиринт, где обломки льда достигали десятиметровой высоты! Красиво, и чертовски страшно! А ещё это стало нам напоминанием о том, что планы, написанные на бумаге, существуют только до того момента, пока природа не решит по-другому. В тот день нам впервые пришлось ставить свою новую палатку, так как времени на строительство нового снежного укрытия у нас уже не оставалось.

— Сидор, стоп! Где-то здесь надо лагерь ставит! Тридцать километров прошли! — Мэйсон, следить за показаниями одометра, установленного на мои нарты.

— Уже? — Удивился я — Только ведь разогнались… Ладно. Привал! Стой!

Услышав мою команду собачья упряжка послушно останавливается, а через тридцать минут, когда мы с Мэйсоном уже вовсю занимаемся обустройством стоянки, нас догоняют нарты Ричарда и Льюиса.

Их нарты немного тяжелее, да и идут они медленнее, картографируя пройденный путь и нанося на бумагу береговую черту острова. Сейчас мы строго выполняем научную программу, которую разработали вместе с Чарли. Закончив с установкой лагеря и кормлением собак, Мэйсон займется метеорологическими измерениями, Льюис сядет оформлять и приводить в порядок сделанные в пути кроки, наносить наш путь на карту, и отмечать координаты нового лагеря, а я начну заполнять путевой журнал и дневник, ну и, если на нашем пути попадаются животные или птицы, я так же делаю записи в журнале наблюдений биолога.Только Ричард будет избавлен от писанины, зато ему достанется вся хозяйственная работа. Он должен будет проверить приборы, снова откалибровать примитивный одометр, проверить сани и упряжь, а затем добыть воду и приготовить нам ужин.