Я внимательно выслушал хозяйку комнаты. Прямо очень внимательно. Потом заверил тетю Миру, что буду предельно осторожен и проводил ее из комнаты. Тем более, судя по запаху жаренной рыбы, нас ждал сытный завтрак.
С одной стороны, она не сказала ничего нового или неожиданного. Но с другой… Есть, над чем подумать.
В любом случае, мне пора было собираться. Я решил совместить приятное с полезным. Но в первую очередь, конечно, — Сирота с его заданием.
— И шо вы думаете, было это еще в самом начале Мишки Япончика на Одессе. И знаете, шо я вам скажу, не такая уж он легендарная личность, этот ваш Миша. Босяк. А вот евойный сподручный, дружок, тот шо Изя Майорчик, он посурьезнее будет. Изя все дела и оптяпывал, а Миша был так, красивая ширма в бакалейной лавке. Но опасались все, канешна, Мишу. Умел он, паскудник, себя подать. Умел жить красиво. Вы знаете, как они грабили? Это ж не грабёж, это песня. Вежливо, культурно. На вечерах и маскарадах появлялися в смокингах. А потом интеллигентно просили снять цацки.
— Вы застали Япончика?
— Та шо вы! Япончика…Я застал царя и НЭП! При царе играл в Гранд Бристоле в оркестре, а при Красных играл только в преферанс. Но преферанс по утрам не выпьешь, и вечером не поешь. А жаль… Мой преферанс, шоб вы понимали, это Джоконда среди преферансов. Но кушать надо было, так в то время я ходил с похоронным оркестром и играл хде шо перепадет. Перепадало, конечно немного. После революции люди не хотели красиво помирать! И тем более платить за то, штоб красиво помирать. Глупцы… Но как же люди умели делать себе поминки при старом режиме! Это ж была такая музыка! Шопен на всю Одессу! Умирай хоть кажный день! Оркестр придёт, отыграет со всей своей душой и скорбью! И никто из провожаемых не жаловался. Клиент завсегда был доволен. А шо? Скрипка надрывается, скорбящие родственники плачут, покойный лежит довольный, только шо руки нам не жмёт. Того и гляди, обратно подымется. Красота…Вот так провожали в Одессе. Рождались — не знали, а помирали — вся Персыпь с Молдованкой были в курсе. Вот вы, молодой человек, вы хотите красиво умирать?
Я так задумался, что сначала даже не понял, к кому обратился мужик, сидевший через один стул от меня. На вид ему было лет шестьдесят, может, чуть больше. Уже привычный мужской типаж, которых в данном городишке полным-полно: лёгкий костюм, шляпа, хитрый взгляд и характерный говор. А еще ощущение, что стоит мне отвернуться, и в моих карманах исчезнет даже то, чего там нет. Ну или я в этом чудесном месте на берегу моря окончательно стал параноиком