— Пошли! — Наконец произнес я. — Надеюсь вопрос моральных мук закрыт? — Девчонка кивнула. Ну да, закрыт. Потом отдам ее Раулю, поиграться. Чем больше мужиков пройдет, через эту стесняшку, тем проще она к этому всему будет относиться, а то ишь чего придумала, «у меня парень есть». Отныне у нее есть только ошейник и мои интересы.

От безумия и хаоса рыночной площади мы двинулись в сторону порта, толпа стала немного пореже, но и контингент тоже сменился, нас все больше окружали бродяги, пьяницы, моряки. Игроков тут было меньше, чем в центре, и это были личности, крайне подозрительные, у них на лицах было написано, что доход эти люди получают в основном от деятельности не вполне законной. Нет, статуса агра ни у кого из них не было, таких бы не пустили в город, но я ни на секунду не сомневался, что кто-то из них, эмиссар подобных кланов, кто-то вор, кто-то мошенник. Откуда я это знал? Да потому что сам в прежней жизни был постоянном посетителем этих кварталов. Некоторых встречных я знал лично, кое кого можно было определить по принадлежности к кланам, замазанным в незаконной деятельности, ну а кое-кто и вовсе был легендой в Элирне.

Вот, например, не естественно худой, неопрятный мужик с лицом, изъеденным язвами, это не кто иной как Чумной Билли, главарь крупной группировки нищих, который держит город в ужасе. И дело не в том, что его бродяги убивают в ночи прохожих, или воруют детей у не слишком внимательных матерей. Нет! Биллу платят за то, чтобы его свора просто-напросто не устраивалась жить поблизости. Тактика нищих была проста, хотите, чтобы Ваш район оставался респектабельным? Платите! А если откажетесь, то уже завтра у себя под окнами увидите толпы попрошаек, алкоголиков и наркоманов, обосновавшихся на дорогах и тротуарах вместе со своими грязными палатками и не хитрым скарбом. И вот, в одно мгновение, буквально за считаные дни, район превращается из тихого и респектабельного в помойку. Клиенты перестают ходить в Вашу лавку, никому не хочется лицезреть подобный контингент рядом с собой. По ночам Вы не можете спать, нищие орут, дерутся, пьянствуют. Да и оставить без присмотра ничего нельзя, все что не приколочено гвоздями в считаные мгновения будет украдено и продано. Вот и выходит, что прокаженный старик, фактически держит в заложников самые сливки города, получая с них дань.

— Вам чего тут надо? — Дорогу нам заступил здоровяк. Игрок, тридцатого уровня, лицо злобное и иссечённое шрамами, специально себе рисовал в редакторе, похоже. — Тут это…Проход платный.

— Тебе что ли платить, ничтожество? — С презрением кинул я ему. — Ты кто такой вообще, плесень? Свали с дороги!