Наставница тяжело вздохнула.
— Да, в него. Мы шутки ради опустили больных до уровня моря и стали наблюдать. Сначала всё было так же. Затем увеличили глубину до пяти метров. Тут начались изменения. Сканирование проводилось каждые десять минут. У заражённых Харрой пропали болевые симптомы в теле. Однако в духовной оболочке трансформация усилилась. Колоний резко стало больше. Мы с жабоидом списываем это на эффект барокамеры, вызванный давлением воды. Он, кстати, хороший целитель-инфекционист! Сейчас тринадцать человек попросили погрузить их ещё глубже. Пока речь идёт о глубине в сто метров, но динамика настораживает. Такое ощущение, что Харра тянет заражённых куда-то вглубь. Туда, где концентрация маны в десятки раз выше относительно поверхности.
Теперь уже я нахмурился, прикидывая варианты.
— Значит, больные хотят на дно морское? Теоретически Харра может быть не совсем обычной болезнью, а чем-то большим.
Вспомним тех же тварей Йог-Сотота. На большой морской глубине из-за высокой концентрации маны грань между материальным и духовным мирами размывается. Потомки Йог-Сотота через эти бреши проникают из междумирья в материальный мир.
Если на дне мира Альтерра затаилось какое-нибудь чудовище из междумирья, то вполне возможно, что оно и является источником заразы.
Чуть подумав, Хомячкович хмыкнула:
— То есть больные сами тянутся к источнику заразы? Хм… Есть такой гриб, как Кордицепс Однобокий. Заражённый им муравей идёт туда, где есть прямые солнечные лучи и влага. Вполне возможно, что Харра задаёт больным похожий паттерн поведения. Если же твоя теория верна, болезнь может быть чьим-то инструментом. Быть может, суперхищник? Или какой-то механизм Древних, защищающий бактерией свои тайны.
Я усмехнулся, видя полёт фантазии наставницы.
— В любом случае нас ждёт экспедиция на морское дно Альтерры.
Хомячкович сделала ещё какие-то отметки в электронном планшете и отключила его.
— Кстати! Чуть не забыла, — добавила она, лучась энтузиазмом. — Третья группа специалистов с «Коринфия» также прислала свой отчёт. Они высадились на берегу материка Эронпий. Жабоид занимался исследованием аборигенов и выявил довольно интересный феномен. Судя по сложности ДНК абориген, они как вид существуют уже порядка трёхсот тысяч лет. Это весьма долгий срок. Однако, как мы видим, цивилизации и государств у них так и не появилось.
— Почему? — я почесал затылок. — Вы ведь ожидали, что я задам этот вопрос.
Хомячкович хитро улыбнулась.
— Судя по наборам генов, дорогой ученик, аборигены несколько раз доходили до уровня развития цивилизации и вскоре погибали. Харра брала над ними верх. Выживали лишь те особи, что были глупее остальных. Именно они и помогали виду не вымереть окончательно. Этот паттерн закрепился на уровне генома. Аталанта и Вудро Маршал нашли останки нескольких городов аборигенов под толщей почвы. Судя по данным об углеродном анализе тех руин, последний цикл вымирания в Альтерре закончился семь тысяч лет назад.