В горе выдолблены человеческие жилища различных эпох. А также склады под зерно и винодельни. Когда-то это был достаточно плодородный край, но потом, с разницей в несколько столетий, произошла серия землетрясений, которые привели к обезвоживанию почвы.

Правда, люди ушли оттуда не поэтому. Лет двести назад, во время одного из последних землетрясений открылся разлом, ведущий в настоящий подземный город. Но не человеческий, а из Преисподней. Давно заброшенные Существами катакомбы по какой-то причине полностью переместились в наш мир.

И пусть в них нет ни одной твари, но такое соседство всегда настораживает. Тем более в шестидесяти километрах от Бакли действительно есть размытая Граница, на которой постоянно происходят нехорошие вещи в виде прорывов Тварей группами и поодиночке.

Естественно, ни один нормальный человек рядом с непонятным местом жить не будет. Так что Бакла полностью опустела. Вначале подземным городом серьёзно заинтересовались военные и учёные. Только кроме старых, едва видневшихся на стенах пентаграмм, ничего интересного обнаружить не удалось. Поэтому все быстро забыли о находке, оставив на всякий случай небольшой гарнизон. Теперь это место используется больше как место тренировки студентов Академии. И то только младших курсов.

Но я помню слова химеры Мамуевой, что тут был совершён неудачный прорыв в нашу реальность. И также никогда не забываю, что Существа не отступают, даже если миссия кажется невыполнимой. Поэтому внимательно читаю каждое слово в книге и запоминаю во всех деталях схему подземного города тварей. И пусть место считается почти безопасным, но оно ещё способно преподнести неприятные сюрпризы. Да и всякого рода мелкие Существа не раз оказывались в катакомбах, не пойми откуда в них взявшись.

Ближе к вечеру, отложив почти дочитанную книгу в сторону, решил поужинать. Девочки на этот раз совсем не возражали, что я занял столик. Не стал разочаровывать их и разморозил пару колец замечательной домашней колбасы, дополнительно выставив к ней последние оставшиеся в закромах пирожки и полтора литра лёгкого винца. Естественно, никто не отказался от трапезы.

Когда сытые и с лёгким хмельком в голове, мы закончили совместный ужин, Людмила неожиданно покраснела и произнесла.

— Мы тут жрём, а ребята голодные. Нехорошо. Родион, может, с ними тоже поделишься? А то как-то не по-людски получается?

— Не поделюсь, — обломал я её ожидания. — Во-первых, на всех не хватит.

— Но у тебя же огромные сумки едой забиты! Или скажешь, что просто так их из Петербурга тащил? Ради спортивного интереса?