Протяжный стон отвлёк меня от дальнейших рассуждений. Кажись, Иван Игнатьевич пришёл в себя. Странный человек! Вроде бы и кутили вместе, а даже во время пьянки разрешает величать себя хоть и на ты, но исключительно по имени-отчеству или просто по отчеству. Ибо, по его понятиям, невместно двадцатилетнему парню называть сорокалетнего боевого офицера по имени. Мол, у них в станице так было не принято.

Казак действительно очнулся, хотя от бравого вида у него остались лишь усы. Да и те обвисли и набились всякой трухой.

— Ро-о-о-одя… Попить есть? — прохрипел он, увидев меня.

— Нет.

— А это мы где?

— Не знаю. Не помню.

— И я не помню. Но, судя по крестам, померли. Я себя сейчас совсем живым не чувствую. Не нужно было шампанское с самогоном мешать. И со всем остальным тоже нельзя… День-то сегодня какой?

— Двенадцатое, — сообщил я, посмотрев на часы.

И на всякий случай добавил:

— И лето… Наверное…

— Нормально, — немного оживился Кудрявый. — Значит, всего два дня куролесили и дуэль не пропил.

— А служба? Не хватятся? Всё же в штабе служишь.

— Не. Тут всё путём. Перед смертельной дуэлью три дня даётся на завершение всех дел. Завещание там, раздача долгов и прощание с родственниками… Это, брат, в законе прописано. Правда, сирота я, да и денег нету, чтобы кому-нибудь их завещать. Сегодня последние рублики прогулял. Так что успею и опохмелиться, и с утра перед боем медкомиссию пройти.

— Медкомиссию? — удивился и одновременно насторожился я.

— Ты, молодой, словно ничего и не знаешь про дуэли, хотя с виду и начитанный. Да я ж тебе вчера, кажись, уже всё объяснял!

— Не помню…

Тут есаул прав. Бывший Булатов чурался всякого насилия, поэтому темы дуэлей, войны и прочих смертоубийственных штук были для него неприятны. Ну а то, что было вчера, видимо, начисто стёрлось из моей памяти после непривычных для булатовской печени возлияний.

— Значит так, — начал наставлять Иван Игнатьевич, видя мой виноватый вид с расставленными в сторону руками. — Вызов брошен. После него оба дуэлянта подают бумагу в полицейское управление. Там специальный уполномоченный рассматривает степень серьёзности конфликта и выносит вердикт: соответствует ли ссора виду дуэли. Если, например, рожа моя тебе не понравится, то имеешь право на бой без оружия. В ринге на кулачках подрихтовать соперника, но никак не убивать.

Не сошлись во взглядах по пустяковой причине и разругались? Пожалте на дуэль с применением оружия, но до первой серьёзной раны. Хотя тут уже иногда смерти случаются. Только осуждается такое в обществе. Заодно и штраф семье погибшего приличный выплачивать придётся. Так что дуэлянты особо не зверствуют.